Ересь гностицизма и .....
270920
405
Pravsib
"Серьёзные трудности для толкователей представляет лаконичное изречение 42 (Евангелия от Фомы):
(42) «Иисус сказал: "Будьте проходящими мимо"».
Интерпретируя данное изречение, И. Иеремиас отмечает, что многие ранние христиане осознавали себя «странниками и пришельцами на земле» (Евр 11: 13; 1 Петр 2: 11; ср. Пс 38/39: 13; 118/119: 19). Действительно, подобные представления, как мы полагаем, не являются чуждыми Евангелию от Фомы. Рассматриваемый памятник может сходным образом призывать читателей презреть этот мир и уподобиться в нём чужестранцу... Как указывает Т. Баарда, чрезвычайно важно ответить на вопрос, чему именно 42-ое изречение метафорически уподобляет мир и мимо чего оно советует пройти? Исследователи предложили ряд примечательных параллелей, позволяющих ответить на этот вопрос. Мы остановимся только на двух, которые нам представляются наиболее интересными.
Первая параллель - одно из изречений, цитируемых в мишнаитском трактате «Авот» («Отцы»). Здесь мир отождествляется с прихожей, которую следует пересечь перед тем, как попасть в обеденный зал. «Рабби Иаков говорит:
"Этот мир подобен прихожей к миру будущему: оправь себя в прихожей, чтобы войти в триклиний".
Вторая параллель — это уподобление мира мосту, которое мы встречаем у ряда мусульманских авторов. Например, в трактате «Воскрешение наук о вере» суфийский мыслитель аль-Газали (1058-1111 н.э.) цитирует следующее изречение:
«Иисус - мир ему! - сказал: "(Этот) мир - мост. Перейдите же его и не обосновывайтесь на нём».
Это изречение мусульманская традиция влагает в уста Иисуса, что, в принципе, может указывать на его христианское происхождение. Любопытно, что сходное высказывание мы встречаем в средневековой латинской литературе, где оно уже не приписывается Иисусу. В своей «Учительной книге клирика» (ок. 1110 года н.э.) Пётр Альфонси (обращенный раввин, придворный врач арагонского короля Альфонсо I Воителя) приводит слова некого «философа»: «Мир подобен мосту: переходи (по нему), не останавливаясь». Вероятнее всего, Пётр Альфонси почерпнул эту метафору из арабской литературы.
Несмотря на то, что приведённые параллели весьма любопытны, следует заметить, что в лаконичном 42-ом изречении отсутствуют какие-либо намёки на уподобление мира мосту или прихожей. На наш взгляд, наиболее убедительное объяснение было предложено Ф. Селлью. Как указывает американский исследователь, многие античные надгробные надписи обращены к тем, кто проходит мимо. Слово «прохожий» в греко-римском мире твёрдо ассоциировалось с языком надгробных эпитафий - с голосом мертвеца, говорящего из могилы.
Ф. Селлью интерпретирует изречение 42 следующим образом. В Евангелии от Фомы Иисус назван «живым» - «тем, кто жив», (пролог, изречения 37, 52, 59). Напротив, мир - это «труп» (логия 61):
"Иисус сказал: «Тот, кто познал мир, нашел труп, и Тот, кто нашел труп, - мир недостоин его»".
Призывая читателей Евангелия от Фомы быть «проходящими мимо», Иисус советует им не засиживаться в этом мире и не поддаваться влиянию «тех, кто мёртв» (изречение 11). «Люди света» (изречение 24) подобны путешественникам, которых мертвецы просят остановиться, прочитать надгробную эпитафию и вступить с ними в диалог.
Отметим, что предложенная интерпретация не является единственно возможной. Пожалуй, развивая мысль американского исследователя, проще будет допустить другое толкование. Поскольку выраженная здесь метафора предполагает взаимодействие двух персонажей (того, кто идёт мимо могилы и того, кто в ней лежит), Иисус в 42-ом изречении предлагает читателям Евангелия от Фомы выбрать один из двух вариантов: вы можете быть либо прохожими, либо покойниками; перестаньте быть мертвецами, будьте теми, кто жив.
Однако, возможно и третье толкование, которое представляется нам более удачным. Поскольку мир - это тело, а тело, согласно орфическим, пифагорейским и платоническим представлениям, подобно могильному камню, мы можем предположить, что в изречении 42 мир отождествлён с погребением.
Иначе говоря, мир - это могила, которую следует обойти стороной."

И.Ю. Мирошников, «Евангелие от Фомы: идеологическое своеобразие и место в истории религии»
TenOtcaGamleta
В связи с вышесказанным относительно разделения и восстановления целостности, уместно будет повторить расширенную цитату из Фауста Нумидийского, "Ответ католику", 4-век:
"Нас спрашивают, по какой причине мы отрицаем, что человек сотворён Богом. Но мы не утверждаем, что человек ни в каком смысле не был создан Богом, мы спрашиваем только, в каком смысле, и когда, и как. Ибо по Апостолу есть два человека, одного из которых он называет иногда внешним человеком, обычно земным, иногда также ветхим человеком; другого он называет внутренним, или небесным, или новым человеком (Рим 6:7; 1Кор 15; 2Кор 4; Еф 3:4; Кол 3). Вопрос, кого из них создал Бог? Ибо также есть два времени нашего рождения: одно, когда естество производит нас на этот свет, связывая узами плоти, и иное, когда истина возрождает нас в нашем обращении от заблуждения и вхождении в веру. Это то второе рождение, о котором Иисус говорил в Евангелии, когда сказал: Если человек не родится вновь, не сможет увидеть царства Божьего (Ин 3:3). Не зная, что подразумевал Иисус, Никодим был в недоумении и спросил, как это может быть, поскольку взрослый человек не может войти в утробу матери и родиться во второй раз. Иисус сказал в ответ: Если человек не будет рождён от воды и Духа Святого, он не сможет увидеть царства Божьего. Затем Он добавляет: Рождённое от плоти есть плоть, рождённое от Духа есть дух (Ин 3:5-6). Следовательно, поскольку рождение, в котором появляются наши тела, не единственное рождение, но есть иное, в котором мы вновь рождаемся в духе, из этого различия возникает вопрос, в каком из рождений нас создаёт Бог. Способ рождения также двойствен. В унизительном действии обычного рождения мы происходим от жара животной страсти, но когда мы восходим в веру, мы образуемся под благим наставлением в славе и чистоте во Иисусе Христе Святым Духом. По этой причине детей приглашают к участию во всех религиях, и особенно в христианской религии. Намёк на это содержится в словах Его Апостола: Дети мои, для которых я снова в муках рождения, доколе не вообразится в вас Христос! (Гал 4:19). Итак, вопрос не в том, создаёт ли Бог человека, но какого человека Он создаёт, и когда, и как. Ибо если когда мы образуемся в утробе, Бог создаёт нас по Своему собственному образу, что является общим верованием язычников и иудеев, а также и вашим верованием, значит, Бог создаёт ветхого человека и производит нас посредством чувственной страсти, что не представляется согласным с Его божественной природой. Но если мы созданы Богом, когда обращены и приведены к лучшей жизни, что является общим учением Христа и Его апостолов, а также и нашим учением, то в этом случае Бог делает нас новыми людьми, производит нас в славе и чистоте, что совершенно согласно с Его священным и почитаемым величием. Если вы не отвергаете авторитета Павла, мы из него докажем вам, какого человека создаёт Бог, и когда, и как. Он говорит Ефесянам: чтобы вам отложить прежний образ жизни ветхого человека, повреждённого в похотях заблуждения, и обновиться духом вашего ума и облечься новым человеком, созданным по Богу, в праведности и святости истины (Еф 4:22-24). Это указывает, что сотворение человека по образу Божьему подразумевает иного человека, и иное рождение, и иной способ рождения. Совлечение и облечение, о которых он говорит, указывают на время принятия истины, и утверждение, что новый человек создан Богом, подразумевает, что ветхий человек сотворён не Богом и не по образу Божьему. И когда он добавляет, что этот новый человек создан в праведности и святости и истине, он указывает этим на иной способ рождения, которому это свойственно и который, как я уже говорил, очень отличается от способа, которым совершается обычное рождение. И поскольку он объявляет, что только второе от Бога, это означает, что первое – нет. Ещё, в письме к Колоссянам, он употребляет слова с этим же значением: совлекитесь ветхого человека с делами его и облекитесь новым, который обновлён в познании Бога по образу Создавшего его (Кол 3:9-10). Здесь он не только показывает, что Бог создаёт именно нового человека, но объявляет время и способ создания, ибо слова "в познании Бога" указывают на время уверования. Затем он добавляет: "по образу Создавшего его", чтобы разъяснить, что ветхий человек не образ Божий и не сотворён Богом. Более того, следующие слова: где нет ни мужского, ни женского, ни грека, ни иудея, ни варвара, ни скифа (Кол 3:11) показывают ещё яснее, что рождение, посредством которого мы сделались мужчинами и женщинами, греками и иудеями, скифами и варварами, это не то рождение, в котором Бог действует, создавая человека, но что рождение, к которому Бог имеет отношение, то, в котором мы утрачиваем различия народа, и пола, и положения, и становимся одним подобно Тому, Кто Один, то есть Христу. Так Апостол говорит ещё: как многие из вас, во Христа крестившиеся, во Христа облеклись. Нет уже ни иудея, ни грека; нет раба, ни свободного; ни мужского, ни женского: ибо все вы один во Христе Иисусе (Гал 3:27-28). Итак, человек создан Богом не когда из одного он разделился во множество, но когда из множества он стал одним. Разделение – в первом рождении или в рождении тела, соединение происходит во втором, невещественном и божественном. Это предоставляет достаточные основания для нашего мнения, что рождение тела должно быть приписано природе, а второе рождение Возвышенному Величию. Это же Апостол говорит Коринфянам: я родил вас во Христе Иисусе евангелием (1Кор 4:15), и, говоря о себе, Галатам: Когда же соблаговолил Бог, отделивший меня от утробы матери моей и призвавший милостью Своею, открыть во мне Сына Своего, чтобы я благовествовал Его народам, — я не стал тогда советоваться с плотью и кровью (Гал 1:15-16). Ясно, что везде он говорит о втором или духовном рождении как о том, в котором мы созданы Богом, как отличном от непристойности первого рождения, в котором мы подобны остальным животным по достоинству и чистоте, поскольку мы зачаты в вещественной утробе, и выношены, и рождены. Ты можешь видеть, что по этому вопросу спор между нами не столько об учении, сколько об истолковании.
Ибо вы думаете, что это о ветхом, или внешнем, или земном человеке сказано, что он создан Богом, тогда как мы относим это к небесному человеку, отдавая первенство внутреннему или новому человеку. И наше мнение не поспешное или безосновательное, поскольку мы научены ему Христом и Его апостолами, которые, как доказано, были первыми в мире, кто учил так."
https://www.litmir.me/br/?b=564052&p=1
Поразительная ясность мысли и четкость в аргументации при ответе учителя Августину.
TenOtcaGamleta
Евангелие от Иоанна
Глава 14
"1 Да не смущается сердце ваше; веруйте в Бога, и в Меня веруйте.
2 В доме Отца Моего обителей много. А если бы не так, Я сказал бы вам: Я иду приготовить место вам.
3 И когда пойду и приготовлю вам место, приду опять и возьму вас к Себе, чтобы и вы были, где Я.
4 А куда Я иду, вы знаете, и путь знаете.
5 Фома сказал Ему: Господи! не знаем, куда идешь; и как можем знать путь?
6 Иисус сказал ему: Я есмь путь и истина и жизнь; никто не приходит к Отцу, как только через Меня.
7 Если бы вы знали Меня, то знали бы и Отца Моего. И отныне знаете Его и видели Его.
8 Филипп сказал Ему: Господи! покажи нам Отца, и довольно для нас.
9 Иисус сказал ему: столько времени Я с вами, и ты не знаешь Меня, Филипп? Видевший Меня видел Отца; как же ты говоришь, покажи нам Отца?
10 Разве ты не веришь, что Я в Отце и Отец во Мне? Слова, которые говорю Я вам, говорю не от Себя; Отец, пребывающий во Мне, Он творит дела.
11 Верьте Мне, что Я в Отце и Отец во Мне; а если не так, то верьте Мне по самым делам.
12 Истинно, истинно говорю вам: верующий в Меня, дела, которые творю Я, и он сотворит, и больше сих сотворит, потому что Я к Отцу Моему иду.

13 И если чего попросите у Отца во имя Мое, то сделаю, да прославится Отец в Сыне.
14 Если чего попросите во имя Мое, Я то сделаю.
15 Если любите Меня, соблюдите Мои заповеди.

16 И Я умолю Отца, и даст вам другого Утешителя, да пребудет с вами вовек,
17 Духа истины, Которого мир не может принять, потому что не видит Его и не знает Его; а вы знаете Его, ибо Он с вами пребывает и в вас будет.

18 Не оставлю вас сиротами; приду к вам.
19 Еще немного, и мир уже не увидит Меня; а вы увидите Меня, ибо Я живу, и вы будете жить.
20 В тот день узнаете вы, что Я в Отце Моем, и вы во Мне, и Я в вас.

21 Кто имеет заповеди Мои и соблюдает их, тот любит Меня; а кто любит Меня, тот возлюблен будет Отцем Моим; и Я возлюблю его и явлюсь ему Сам.
22 Иуда - не Искариот - говорит Ему: Господи! что это, что Ты хочешь явить Себя нам, а не миру?
23 Иисус сказал ему в ответ: кто любит Меня, тот соблюдет слово Мое; и Отец Мой возлюбит его, и Мы придем к нему и обитель у него сотворим.
24 Нелюбящий Меня не соблюдает слов Моих; слово же, которое вы слышите, не есть Мое, но пославшего Меня Отца.
25 Сие сказал Я вам, находясь с вами.
26 Утешитель же, Дух Святый, Которого пошлет Отец во имя Мое, научит вас всему и напомнит вам все, что Я говорил вам.
27 Мир оставляю вам, мир Мой даю вам; не так, как мир дает, Я даю вам. Да не смущается сердце ваше и да не устрашается.
28 Вы слышали, что Я сказал вам: иду от вас и приду к вам. Если бы вы любили Меня, то возрадовались бы, что Я сказал: иду к Отцу; ибо Отец Мой более Меня.
29 И вот, Я сказал вам о том, прежде нежели сбылось, дабы вы поверили, когда сбудется.
30 Уже немного Мне говорить с вами; ибо идет князь мира сего, и во Мне не имеет ничего.
31 Но чтобы мир знал, что Я люблю Отца и, как заповедал Мне Отец, так и творю: встаньте, пойдем отсюда."

Поразительные слова! Дух Жизни - истинное учение Христа!
Читайте Евангелие от Иоанна!
TenOtcaGamleta
Вы видите, что Христос говорит о том, что он находится в единстве с Богом-Отцом; чем ближе момент расставания Христа с учениками, тем чаще он повторяет тезис о своем единстве с учениками и всеми верующими в него.
Эти два тезиса вместе, безусловно, означают, что люди могут быть в непосредственном единстве с Богом-Отцом, с тем Началом бытия, о котором говорится в первых строках Евангелия от Иоанна:
"В начале был Разум. И Разум был у Бога и Разумом был Бог".
Приведенные выше слова из Ин. 14:23 имеют особенно важный смысл: в них утверждается не просто единство Бога, Иисуса и его учеников, но имманентность Иисуса Богу-Отцу, а учеников Иисусу, т. е. имманентность духовной Сути в человеке Богу.
Главный тезис гностического христианства о том, что Христос (а через него каждый Человек) есть явление неведомого Бога в существующем мире, прямо высказан в Евангелии: «Бога не видел никто никогда; Единородный Сын, сущий в недре Отчем, Он явил» (Ин. 1:17). Слова Христа означают, что он есть полное и исчерпывающее «явление» Бога в мире. Не называя имени посланника, Гинза рассказывает об этом:
«Во имя того, кто пришел, во имя того, кто приходит и во имя того, кто придет впредь. Во имя Великого Чужака, который пробился через миры, который пришел рассечь небесный свод и показал себя».
Последователи Христа, отказались идти вместе с последующей искупительной теологией.
Даже в отсутствии доказательств биологии и палеонтологии, они не согласны с тем, что хороший мир был поврежден злыми людьми, которые затем должны примириться с гневным Богом посредством мучений и смерти Иисуса (иудейская теза о жертвоприношении). Спаситель пришел не для того, чтобы успокоить своего сердитого отца, приняв позорную смерть, а освободить несчастных чужаков из тюремной камеры (цепей вещества и законов мироздания), где они заточены. Гностики верили, что духовный Христос снизошел в личность Иисуса, в момент его крещения в реке Иордан от рук Иоанна.
Спасение гностиков означает не примирение с гневным Богом путем смерти его сына, но освобождение из ступора земного существования и пробуждение на пути гнозиса, Богопознания. Христиане - гностики не считают, что любой грех, включая ситуацию Адама и Евы, является таким мощным, чтобы привести к деградации всего проявленного мира. Мир несовершенен, потому что такова его природа - он и все что в нем было создано с изъяном изначально, при его созидании не было Истины и Мысли, он - могила, но люди могут освободиться от заключения в этом порочном мире от бессознательности, родившись от Духа и став Человеком. Христос пришел как посланник и освободитель (Евангелие от Филлипа):
... Так и с деревом. Пока корень его скрыт, оно цветет (и) растет, если корень его является, дерево сохнет. Так и с каждым порождением в мире не только с открытым, но и с сокрытым. Ибо, пока корень зла скрыт, оно сильно. Но если оно познано, оно распускается, и, если оно открылось, оно погибло. Поэтому Логос говорит: Уже топор утвержден у корня деревьев. Он не рассечет - то, что будет рассечено, снова разрастается, но топор врезается вглубь, пока не вырвет корня. И Иисус уничтожил корень всего места... Мы же - да врезается каждый из нас в корень зла, которое в нем, и вырывает [его] до корня его в своем сердце. Но оно будет вырвано, когда мы познаем его. Но если мы в неведении о нем, оно укореняется в нас и производит свои плоды в нашем сердце. Оно господствует над нами, мы - рабы ему. Оно пленяет нас, чтобы мы делали то, чего мы [не желаем], (и) то, что мы желаем, мы бы [не] делали. [Оно] могущественно, ибо мы не познали его. Пока [оно существует], оно действует. Незнание есть мать [дурного для нас}, незнание служит [смерти]. Те, кто происходит от [незнания], и не существовали, и [не существуют], и не будут существовать. [Те же, кто пребывает в истине], исполнятся совершенства, когда вся истина откроется. Ибо истина подобна незнанию: сокрытая, она покоится в самой себе, но, когда она открывается (и) познается, ее прославляют. Насколько могущественнее она незнания и заблуждения! Она дает свободу. Логос сказал: Если вы познаете истину, истина сделает вас свободными. Незнание - это рабство. Знание - это свобода. Если мы познаем истину, мы найдем плоды истины в нас самих. Если мы соединимся с ней, она воспримет нашу плерому.
"Теперь же Душевный Эон, малый, смешанный с телами, рождающий <души>, оскверненный, ибо осквернение первого творения нашло силу и породило всякое действие: множество действий гнева, ярости, ревности, зависти, ненависти, клеветы, позора и войн, лжи со злыми советами, скорбей с удовольствиями, грязи со скверной, обманов с болезнями, судов неправедных, установленных по их желанию.
Вы еще спите, видя сны. Пробудитесь! Обратитесь, испробуйте и вкусите истинной пищи, раздайте Слово и воду жизни, оставьте злые похоти и желания, и разнообразные (вещи), злые ереси, не имеющие основ."
"Мысль нашей Великой Силы" (NHC VI, 4)
TenOtcaGamleta
Здравствуйте, уважаемые читатели!
Хочу предоставить вам доказательства примеров того, как правилась Библия и в частности, Новый Завет!
Вы уже знаете, что наименование учеников Иисуса было - ХРЕСТИАНЕ, от Хрестос - БЛАГОЙ! В самом Новом Завете сохранились свидетельства, что Иисуса именовали "благим", но в тексте иное слово:
10:18. Иисус сказал ему: что ты называешь Меня благим? Никто не благ, как только один Бог.
Ведь Единое, Бог именовался с Платоновских времен Благом во многих смежных культурах.
Об этом сохранилось множество свидетельств и Хрестиан именовали "блаженные" с юмором.
Я предлагаю рассмотреть древнейшую рукопись - Синайский Кодекс, 4 век:
http://xpectoc.com/isissledovaniya/raznoe/hristiane-hrestiane-v-sodex-sinaiticus/
Мы видим позднейшие исправления в тексте рукописи! Сам источник целиком здесь:
http://www.codex-sinaiticus.net/ru/manuscript.aspx?book=51&chapter=11&lid=ru&side=r&verse=26&zoomSlider=0
Вы можете самостоятельно проверить указанные строки в оцифрованном оригинале! Например:
"26 Целый год собирались они в церкви и учили немалое число людей, и ученики в Антиохии в первый раз стали называться ХрЕстианами."(Деян.11:26)
Задайте себе вопрос, зачем кому то понадобилось исправлять текст и вместо хрестиан, ставить - христиане!?
Так же и в иных указанных местах!
Pravsib
Дорогие друзья,
для поскрипеть мозгами в чудесный воскресный вечер, предлагаю статью "Св. Павел - Симон Самарийский":
https://vk.com/@barbelo_aeon-svyatoi-pavel-simon-samariiskii
Я решил привести доводы автора, который заходит очень далеко, по-моему даже слишком далеко, в своей интерпретации христианства. Он считает, что христианство это изначально симонианство, которое было переписано и иудаизировано протоортодоксами приблизительно в середине II в. Не стоит думать, однако, что отождествление Павла и Симона является чем-то оригинальным. Некоторые учёные уже аргументировали такую позицию. Например, Герман Детеринг (The Falsified Paul) и Роберт М. Прайс (The Amazing Colossal Apostle). Другое дело, выводы можно сделать разные. Автор придерживается мифологической школы, однако, с тем же успехом, протоортодоксы могли придумать не Павла, а Симона. Учитывая, что автор придерживается альтернативной точки зрения относительно истории христианства, он также даёт свои датировки. Я их приведу, поскольку, скорее всего, вы ещё увидите здесь его статьи.
Скажу от себя только, что никаких следов церквей Павла вплоть до сер. 2 века, история не ведает!
А ведь его Послания это две трети Нового Завета!
TenOtcaGamleta
Друзья, поскольку изложенные выше выводы чрезвычайно революционны (не для тех, конечно, кто занимается вопросами происхождения НЗ профессионально), то приведу оригинал первой части, поскольку указанный перевод не всегда точен: :
https://vridar.org/2013/09/13/a-simonian-origin-for-christianity-part-1/
Полностью с работой Роджера Парвуса "A Simonian Origin for Christianity" можно ознакомиться здесь:
https://vridar.org/other-authors/roger-parvus-a-simonian-origins-for-christianity/
Повторю, что сама по себе версия того, что апостол Павел это тот самый Симон Маг (Симон Гиттонский) из Деяний не нова и давно имеет место в кругах исследователей.
Не зря еще ортодокс Тертуллиан называл Павла "Апостолом еретиков"! Не зря, я думаю, о Павле "забыли" до 40-х годов 2 века, когда его 10 посланий Маркион привез в Рим, избежать которые стало нельзя. Не зря Richard Reitzenstein называл Павла - как и мы видели из моих разборов цитат его Посланий, "величайшим из всех гностиков"! И, конечно, не зря в древних источниках Павел и Петр (как и Симон и Петр) были ярыми противниками (чему есть отголоски в самом НЗ) и сам Ириней именовал Симона Мага "отцом всех ересей"!
В статье для меня еще очень важна хронология НЗ, в оригинале:
- 50 – 130 CE: The 10 principal Pauline letters
- 30 – 60 CE: A collection of sayings by and about John the Baptist and James; (Q, if you will),
- sometime between 100 – 130 CE : urMark (a Simonian allegory)
- c. 130 CE: The Epistle to the Hebrews
- 130s: GMark, GMatthew, urLuke, and the earliest source underlying the Pseudo-Clementines
- 140s CE: 1Clement; the Gospel of Apelles; the Letters of Peregrinus (which, towards the end of the century, were converted into the Letters of Ignatius of Antioch)
- 150s CE: GLuke and Acts of the Apostles; GJohn (a reworked version of the Gospel of Apelles) and the Letters of John; the Pastoral Letters
Автор придерживается мнения, что Евангелие от Иоанна - наиболее раннее (обнаружен его абзац 125 г.н.э) и исходником его является Аппелес (помните, у Ренана - Керинф?). Конечно, то что мы знаем как Евангелие от Луки и сами Деяния (написаны одним человеком) не могут быть моложе 150 г.! Евангелия от Марка и Матфея, какие мы их знаем датируются не ранее 130 года! Протографом Ев. от Марка (урМарк) (100-130) является аллегория Симониан (апостольское служение Симона Самарийского), в основу которого положено т.н. видения Исайи, а известные Евангелия от Марка, Матфея и Луки это ответная реакция монархической ортодоксии с целью купировать раннее Ев. от Марка (были версии, что протограф Луки, который привез Маркион в Рим)! Письма Павла/Симона написаны не только им самим, но и его последователями (Менандром, в частн.) до 130 года (вплоть до Маркиона).
В общем, дорогу осилит идущий!
Pravsib
Уважаемые читатели!
Просто не имею сил сдерживаться, прочитывая известный труд "Строматы" Климента Александрийского, 2 век!
Подчеркиваю, всеми признанного учителя церкви, ортодоксального пресвитера и святого у кафоликов!
Его труд нафарширован "тайнами", которые в нем спрятаны от суетливого взора "непосвященных". Вот как он сам об этом говорит в самом конце его работы:
Итак, все, что необходимо, мы подробно изложили, коснувшись, как и было обещано, начал нравственного учения и рассыпав то там, то здесь семена догматов, которые являются составляющими истинного знания для того, чтобы обнаружение священной традиции было нелегким делом для непосвященных. Теперь пойдем далее. Книги наших «Стромат» далеко не напоминают ухоженные парки, где деревья и растения для увеселения глаза размещены в известном порядке. Скорее они напоминают холмы, густо поросшие деревьями, где вперемешку растут кипарисы, платаны, лавры, плющ, яблони, маслины, смоковницы. Здесь сознательно рядом с бесплодным растением помещено и плодоносное, поскольку сочинение составлено так, чтобы предохранить плоды нашего сада от воров, желающих расхитить лучшие из них. Однако если найдется достойный садовник, он сможет выкопать и пересадить деревья так, что в результате появится прекрасный сад.
Я желал бы открыть новую тему, посвященную откровениям Климента, но... сами понимаете. Поэтому, стану излагать некоторые тезисы открытого им христианского учения в этом топе, поскольку это бомба для внешних и они не станут читать темы под титлом "Ересь.."..)
Гностик подвержен только тем страстям, которые необходимы для поддержания тела, таким как голод, жажда и им подобное. Что касается Самого Спасителя, то было бы абсурдным считать, что и Его тело, чтобы существовать, нуждалось в материальной поддержке. Он ел не ради поддержания тела, которое и так поддерживается святой силой, а для того, чтобы те, кто были с Ним, не подумали, что Он полностью от них отличен. Впрочем, некоторые все равно впоследствии решили, что Он явился как видение. Он же был абсолютно бесстрастен (άπαθής), не подвластен никаким чувствам, наслаждению или боли. Апостолы, благодаря гностическому наставлению Господа и в силу постоянства и неизменности расположения духа, были способны противостоять не только гневу, страху или желанию, но и таким душевным движениям, которые считаются хорошими, как, например, смелость, преданность, радость или веселие. И они остались такими же, в том же состоянии аскезы и после воскресения Господа.
Строматы, гл. 6 "Образ Совершенного".
Мы видим тут прямую речь Климента, что говорит о разделении им подобного тезиса!
Но помилуйте, разве не приписывают подобных воззрений христианскому гностику Валентину?
Об Иисусе Христе есть замечание еще в одном фрагменте, в письме к некоему Агафоподу. Здесь Христос представлен как образец непобедимого борца с искушениями, пример воздержания, благодаря чему «Иисус снискал божественность». Он ел и пил свойственным ему образом, обратно пищи не извергая; такова была у него сила воздержания, что пища в нем не портилась, так как он сам не был подвержен тлению.Этот фрагмент несколько темен. Де-Файе понимает его так: «Валентин рассматривает Плоть как нечто дурное. Она — седалище зла. Тело — враг. Поэтому он приписывает Иисусу тело призрачное; тело ест и пьет, однако не переваривает, оно не знает физической нужды (или потребностей)“.
Это отрывок из работы М. Э. Поснова, "Гностицизм II-го века и победа христианства над ним", русского библеиста-ортодокса, православного историка церкви и преподавателя Богуславского духовного училища.
Как видим, в начале не только валентиниане придерживались подобных убеждений, но и Александрийская христианская школа. А до них, сам апостол Павел написал следующие строки:
Как закон, ослабленный плотию, был бессилен, то Бог послал Сына Своего в подобии плоти греховной в жертву за грех и осудил грех во плоти,
Послание к Римлянам, гл. 8
И ведь обвиняют христиан гностиков в докетизме! Так говорили и понимали внешние, непосвященные даже в начала Учения, тогда как мы знаем, что действительно и истинно Христос есть Ум Бога! Ум, Разум может страдать лишь от невежества и лжи, а пища его есть Слово (плоть Сына) и Дух Святой (кровь Сына), которые составляют истинную Евхаристию Божию. Не плоть Иисуса была призрачна, а Ум, Христос, не имел плоти.
Я цитировал, как Павел говорил о телах Небесных и телах земных, перстных. Не весь человек от Бога, но ум. "Каков Небесный, таковы и небесные!"
Разум Божий в человеке и есть сам Бог - не подвержены тлению и Его нельзя распять!
Таково учение первоначальных христиан.
TenOtcaGamleta
В подтверждение вышесказанному, можно привести следующие строки Климента:
С ним (гностиком) не случается приступов вожделения, раздражения или других желаний, которые возникают в иных душах, поскольку он уже воссоединился с возлюбленным в своей любви, выбрав его по своей воле, и все более приближается в нему в своей аскезе, оставив ради этого все остальные блага, для того, чтобы жить подобно учителю в бесстрастии. Слово Бога умопостигаемо, и разум присущ только человеку. Благой муж имеет образ и подобие Бога в его душе, но и сам Бог антропоморфен. Разум в каждом человеке – это форма (είδος), которая его характеризует. Поэтому каждый, кто грешит против человека, поступает нечестиво и безбожно. Абсурдно полагать, что гностик и совершенный не может избежать гнева или проявления смелости, поскольку в таком случае он не в силах будет противостоять обстоятельствам или бороться с опасностями... Зачем проявлять смелость или желание тому, кто в своей любовной привязанности достиг единения с бесстрастным Богом и через его любовь причислен к его друзьям?
Единения во Христе, как говорят христиане. Приведу некоторые рассуждения о бесстрастности христианина:
Гностик не приемлет того, что большинству кажется благом, например, те положительные чувства, которые проистекают из данной страсти, такие как радость (которая есть следствие наслаждения) или уныние (которое связано с горем), или осмотрительность (как следствие страха). Он никогда не воодушевляется (поскольку воодушевление связано с гневом), хотя некоторые считают его уже не злом, а благом....
Совершенно невозможно предположить, чтобы тот, кто однажды стал совершенным через любовь и непрестанно и ненасытно вкушает беспредельную радость созерцания, был все еще способен получать удовольствие от мелкого и приземленного. Ибо какая разумная причина может повернуть назад к благам этого мира того, кто достиг «недостижимого света», даже если достиг он его не реально (во времени и пространстве), но предвосхитил в гностической любви, за которой следуют наследование и восстановление всего, утвержденного делами воздающего? Поэтому, устремляясь к Господу через любовь, которую он питает к нему, хотя и его скиния видима на земле, он не покидает эту жизнь (ведь это не позволено ему), но очищает свою душу от страстей (поскольку это даровано ему) и живет, умертвив свои желания и используя свое тело только с пределах самого необходимого и не позволяя ему разрушиться...
Зачем, действительно, упражнять мужество тому, кто не подвергается опасности и присутствует не здесь, но всецело соединен со своим возлюбленным. Нужно ли ему благоразумие, если от него нет ему никакой пользы? Само наличие таких желаний, которые требуют благоразумия, чтобы их ограничивать, – есть отличительная черта не совершенного, но подверженного страстям.... Поэтому, будучи убежденным в том, что он достигнет подлинного блага, он не будет просить того, что пребывает здесь... И более всего прочего он будет молить о том, чтобы ему как можно скорее уподобиться самому Ему, во славу Божию, Которая совершенствуется через познание. Ибо тот, кто подобен Спасителю, сам посвящает себя спасению постольку, поскольку человеческая природа, выправляя себя неизменными заповедями, достойна вместить в себя этот образ. В этом и заключается почитание Бога через истинное благочестие, делами и знанием.
Делами и Знанием! А не бесконечной софистикой и обманом.
Поскольку же человек не рождается с гносисом, но должен овладевать им (επίκτητος εστίν ή γνώσις1405), то изучение с самого начала требует соответствующего подхода к нему, воспитания и развития. И только затем, через постоянное упражнение, гносис превращается в предрасположенность, и наконец, достигнув совершенства в мистическом настрое, он держится неизменным силою любви. Поскольку не только первопричину и причины, происходящие от нее, постиг он и уверен в своем знании их, твердо владея солидными, неизменными и неизменчивыми знаниями, но ему открыто знание благого и злого, и происхождение всего возникшего или, вообще говоря, всего того, что высказано Господом...
Привыкнув к жизни умеренной, он благоразумен, благонамерен и благочинен, довольствуется только немногим необходимым, не совершая ничего излишнего, но даже все это он воспринимает не как нечто важное для жизни, а только лишь как необходимое всем для поддержания тела. Важнейшим же для него является гносис.
Итак смысл христианства - "уподобиться самому Ему" посредством своего преображения через Познание Бога (гнозиса) и подобное обожение обнаруживается путем дел и плодов дел человека.
TenOtcaGamleta
По мере необходимости, гностик обращается к тому, что позволяет упражнять гносис, усваивая из каждой науки то, что ведет к истине.
Так, изучая музыку, он постигает гармонические соотношения, посредством арифметики усматривает законы сложения и вычитания чисел, их взаимное отношение и то, как разнообразные вещи подпадают под одну и ту же пропорцию; посредством же геометрии он научается созерцать чистые сущности и постигает непрерывные протяженности и неподвижные тела, отличные от физических тел. А через науку астрономии, вознесшись разумом над землей, он поднимается к небесам и следует за их движением, исследуя вечные божественные явления и постигая их взаимное соотношение... Используя диалектику гностик, вычленяя виды и роды, постигает разделение сущностей, дойдя до знания самых первых и наипростейших.
Некоторые же боятся эллинской философии, как дети маски (μορφολυκεῖα), опасаясь, что она приведет их к заблуждению. Но если их вера (ведь гносисом это назвать, по-моему, невозможно) может быть разрушена убедительными рассуждениями, то пусть она разрушится, показывая лишний раз, насколько они далеки от истины. Ибо истина непоколебима, как говорится, а ложные мнения разрушаются....
И «злых слухов он (гностик) не боится» (Пс. 111:7), ни дьявольских преследований, ни ложных сплетен о себе. Не страшится злословия тот, кто в силах распознать его и соответственно ответить на все вопросы. Посему диалектика есть защита (θριγκός) от злословия, чтобы софисты не попирали истину безнаказанно. ... как это было справедливо высказано самими эллинами:
Госпожа истина – начало великое доблести.
Науки, ведущие к философии, таким образом, равно как и сама философия, способствуют постижению истины. Ведь истина включает в себя элемент гностический и практический, при этом, первый вытекает из чистого созерцания, а второй требует аскезы, долгого упражнения и опыта.
Софистов тут предостаточно! Это отличный ответ тем, кто тщится ниспровергнуть и принизить, даже отменить науку и философию.
У Климента об этом говорится много и часто. Вы только посмотрите как открыто говорит Климент:
Именно, один только гностик способен разумно и свято делать то, что следует делать, поскольку он образован согласно доступному людям учению Господа. Прислушаемся же к тому, что сказано: «В руках Его», – то есть, во власти Его сил и мудрости, – «и мы сами, и все наши слова, и разумение, и практическое знание (ἐργατειών ἐπιστήμη)». «Поскольку Бог любит только тех, в ком поселилась мудрость».
Описывая конструкцию храма, он ясно говорит следующее: «София-устроительница оформила его. Твое, Отец, провидение, которое всем правит» . Подумайте, насколько неразумно полагать, будто философия менее значительна, нежели архитектура или кораблестроение! Именно в этом смысле следует понимать историю о том, что Господь накормил двумя рыбами и пятью ржаными хлебами множество народа, сидящего на траве у Тивериады... можно сказать, что одна из этих рыб означает начала учения, а другая – саму философию, которая на них базируется, как бессловесное на слове Господа
Не сомневайтесь, упоминая о Премудрости - Софии, обустроившей храм, он имел ввиду и Храм человеческого тела, в котором живет Бог- Разум! "И этот храм свят!" - говорит Павел, поскольку "Дух Божий живет в нем!". А уж про притчу с двумя рыбами и пятью хлебами, которыми якобы накормил Иисус множество народа и вам все было ясно давно самим? Ясно было и во втором веке, но многие предпочитают веру в чудеса.))
Мы спасаем сами себя своими усилиями. И такова природа души – двигать самое себя. Далее, поскольку мы разумные существа, нам свойственно стремиться к рациональному знанию, которое есть философия. И учение есть стремление к добродетели, а не наоборот... Гносис же – это высшее благо само по себе, из которого происходит всяческая добродетель, и поэтому все, что из него проистекает, как следствие, есть благо... Поэтому я призываю стремиться к гносису не ради результатов, к которым он приводит, но исключительно ради самого познания. Этот путь сначала ведет к предрасположенности к знанию (ή έξις ή γνωστική), а затем – к состоянию постоянного наслаждения и восторга (άγαλλιασις), которое уже не прекратится ни сейчас, ни в будущем.
Ясность, простота с которой Климент излагает серьезные вещи поражает! И в нашем веке я подпишусь под указанными цитатами, мыслями.
TenOtcaGamleta
Климент пишет о необходимости скрывать истину от непосвященных и о зернах истины, разбросанных в различных учениях, чему посвящены соответствующие главы:
Поскольку наше предание не предназначено для всех подряд, как это становится ясно тем, кто проникся величием слова, следовательно, нам надлежит хорошо хранить «возвещаемую в тайне премудрость», открытую сыном Бога... Эти соображения до сих пор удерживали меня от написания этой книги. Но и теперь я опасаюсь «метать бисер перед свиньями, чтобы они не попрали его своими ногами и, обратившись, не растерзали нас» (Мф. 7:6). Трудно говорить об истинном свете в выражениях искренних и ясных людям, подобным свиньям в своем невежестве. Для толпы нет ничего смешнее подобных вещей, для слушателей же благородных нет ничего удивительнее их и боговдохновеннее.
«Душевный человек не принимает того, что от Духа Божия, потому что он почитает это безумием» (1Кор. 2:14). «Мудрые не разглашают того, о чем рассуждают в совете» (Ср. Прем. 24:7). «Что на ухо слышите, – говорит Господь, – проповедуйте на кровлях» (Мф. 10:27). Здесь говорит он о тайных преданиях, касающихся истинного знания, превосходно и возвышенно им изъясненных. Нам прошептали их на ухо, именно так же и мы должны передавать их тем, кто достоин, не разглашая их всем остальным, удостоенным слышать только притчи. Вот почему в этих заметках для памяти мы рассеяли истину повсеместно, подобно семенам, дабы она могла легко ускользнуть от внимания пустословов, всегда готовых, подобно воронам, каркать о ней. [/b[b]]Если же этот труд встретит доброго земледельца, то каждое зернышко истины даст всходы, а затем и урожай.
Истина едина, ложные же отклонения от нее бесчисленны. Философские школы, эллинские и варварские, как вакханки разорвавшие Пентея, делят истину на части, каждая хвастаясь своей частью как будто владеет целым. Но все становится явным, если представлено в истинном свете. Учения всех, стремящиеся к истинному слову, будь то эллины, или варвары, содержат нечто от истинного знания, однако одни содержат ее в большей, а другие в меньшей степени, по мере их отпадения от истины. Если настоящее, прошедшее и будущее порознь являются отдельными частями времени и если вечность их в себе объединяет, то тем более возможно для истины ее собственные семена собрать воедино, хотя бы они и упали в чуждую почву. И действительно, в учениях различных философских школ (разумеется, за исключением совершенно безумных, которые, подобно древним вакханкам, разорвавшим человека на части, упразднили порядок и разум природы и от Христа (Разума) совершенно отреклись), даже если они и не вполне согласуются между собой, можно обнаружить некое сходство в главном и согласное с истиной. Каждое из них относится к целому или как часть, или как вид, или как род. Высокие звуки противоположны низким, но вместе они составляют аккорд. Четное число отлично от нечетного, однако арифметика учит и о тех, и о других. Равным образом и геометрия говорит о круге, треугольнике, четырехугольнике, хотя фигуры эти между собой несходны. Еще больше различие между частями вселенной, однако и они имеют между собой нечто общее, что позволяет говорить о них как о едином целом. Точно так же и философия, варварская и эллинская, содержит части вечной истины, полученные однако не из мифов о Дионисе, но благодаря богословию вечного Логоса. И если кто сумеет соединить все эти рассеянные части, тот, не подвергаясь опасности впасть в заблуждение, созерцать будет Логос, то есть истину во всей ее полноте.
В Экклезиасте написано: «Приобрел я мудрости больше всех, которые были прежде меня в Иерусалиме, и сердце мое видело многое: мудрость и ведение, притчи и знание. И постиг я, что и это – произволение Духа и что множеством мудрости достигается и глубина познания» (Еккл. 1:16–18). Только владеющий разнообразной мудростью заслуживает называться гностиком. Написано так же: «Избыток ведения премудрости животворит того, кто причастен ей» (Ср. Еккл. 7:12). Сказанное еще яснее подтверждается следующим изречением Писания: «Все явно для разумеющих» (Притч. 8:9) (это словоупотребление указывает на науки греческие и варварские, поскольку по отдельности эти части не составляли бы все). «Просто это для тех, кто во все то хочет привнести чувство. Избирайте учение, а не серебро, и знание предпочитайте очищенному золоту. Цените и чувство более, нежели чистое золото. Мудрость лучше камней многоценных. Ничто драгоценное не достойно ее» (Притч. 8:9–11).
Поистине, золотые слова учителя церкви, к которым последняя не прислушалась и не слышит их до сих пор.
Pravsib
Здравствуйте, уважаемые читатели!
Немного отступая, хочу отметить, что озлобленность против мира, эта идея, что человек - чужак в демоническом мире, этот «акосмизм», которого нет ни у греков, ни на Востоке, действительно основная черта гностицизма на любом культурном фоне. Что является в гностицизме новым относительно античности, это идея, что человек, хотя и находится в этом мире, но он не из этого мира - "не от мира сего"!
«Почему, о люди, рожденные из земли, вы предаете себя смерти, когда вам позволено обрести бессмертие? Раскайтесь, вернитесь к себе самим, вы, блуждающие, чахнущие в невежестве; отдалитесь от света сумрачного, приобщитесь бессмертию, раз и навсегда отвергая порок».
"Поймандр".
То, что человек не способен спастись только собственными силами, очевидно, вытекает из валентинианской концепции, которая часто встречается во фрагментах восточной секции этой школы. Это идея, что человек спасается через ангела Спасителя. Возможно, эта доктрина всего лишь частное применение веры, широко распространенной среди древних народов, согласно которой каждый человек имеет своего ангела хранителя, ангел сопровождает человека с самого рождения, направляет его и охраняет. Это верование встречается повсюду, у греков, иудеев и у восточных народов.
Сторонники Валентина придают этой популярной концепции вид, характерный для их доктрины. Они верят, что это те ангелы, которые сопровождали Христа, когда он спускался на землю:
«Иисус, наш Свет, … «опустошил себя», то есть, согласно Теодоту, будучи посланником Плеромы, он перешагнул Предел и вывел вслед за собою из этого мира избранное семя. Он сам является избавителем, пришедшим из Плеромы, он же привел ангелов для исправления семени, которые приставлены к каждому из нас в отдельности и зовут нас за собою»
(Exс. 35). И это те самые ангелы, которые дают знание духовному человеку.
У Климента Александрийского есть еще один отрывок, который знакомит нас с функцией ангелов Христа.
Он говорит, что согласно Валентину «это трансцендентное воинство явилось к нам сверху, чтобы уничтожить смерть». (Clem. Alex., Strom., IV, 89). Это те самые ангелы, которые освобождают духовного человека от смерти.
Между этими ангелами и Христом есть четкая параллель, так как Христос спустился, чтобы уничтожить невежество и разрушить смерть. Тогда ангелы не что иное, как сам Спаситель; ангел это Христос, привнесенный в индивидуальную жизнь духовного человека, это дух Христа в каждом индивидууме!
Во время крещения Христос разделился, чтобы ангелы собрали духовных людей вместе. «Ангелы, - говорят они, - эманировали, как одно целое, они были объединены, потому что произошли от единого (существа). Но так как мы были разделены, Христос крестился, так, чтобы неделимое стало разделенным, вплоть до того времени, когда Он нас объединит с ними (ангелами) в Плероме, чтобы мы, множество, стали одним, чтобы мы слились все с тем, кто ради нас разделился», "Извлечение из Теодота"(Exc. 36).
То есть, ангел – это "представитель" Христа в жизни духовного человека, тот, кто передает ему знание и освобождает от смерти. Жизнь посвященного это имитация жизни Иисуса. Гнозис обращается к идеальной личности, к ангелу человека, к новому человеку. Человек больше не живет, это Христос живет в нем:
Я сораспялся Христу, и уже не я живу, но живет во мне Христос
Павел, К Галатам, гл. 2.
Гнозис был открыт Святым Духом - Эонам, Спасителем Христом – Софии, ангелом Христа – духовному, "внутреннему" человеку. Согласно валентинианскому мифу, человек духовный не спасается самостоятельно, а его спасает ангел Христа. Откуда берется его дух? Духовное семя – это природный атрибут?
Ответ на этот вопрос содержится в еще одном фрагменте "Стромат", посвященном рождению человека:
«Ангелов охватило нечто подобное страху перед этим творением [Адамом], когда он произнес слова, которые превосходили его тварную природу, благодаря семени высшей природы, которое было невидимо в него вложено и свободно выразило себя через него. Поэтому в поколениях земных людей человеческие произведения пугают самих же создателей, например, статуи, образы и все тому подобное, созданное людьми во имя Бога. Именно таким же образом Адам, будучи слепленным во имя Человека, вселил в ангелов страх перед этим Человеком, сущим от начала, как будто он сам присутствовал в нем. И ангелы, потрясенные до глубины души, немедленно скрыли свою работу»
(Clement Alex., Strom., II, 36, 2-4).
Этот фрагмент представляет довольно свободный парафраз библейского рассказа и содержит два элемента, которых нет в «Бытии», а именно, концепцию архетипического человека и концепцию враждебных ангелов. В мифе описывается, как София, до создания мира, создала духовные зародыши по образу ангелов Спасителя (Irén.). Когда демиург создал человека, то есть, его тело и его душу, духовное семя было помещено в человека таким образом, что демиург этого не заметил (Энойя Света утаена в Адаме по Апокрифу Иоанна). Это семя и есть духовный человек в прямом смысле этого слова, называемый также Церковью, это образ идеальной Церкви и «внутреннего человека» (Irén., Adversus Haereses).
Итак, духовный человек представляет трансцендентную Церковь (избранный, позванный род, род который слышит). Среди эонов в мифе мы находим сизигию, называемую Anthropos и Ecclesia. Ангелы демиурга испытывают страх перед духовным человеком, потому что он представляет архетипического человека: «страх перед архетипическим человеком делал ангелов враждебными по отношению к их собственным творениям, так как трансцендентное семя невидимо было помещено в созданного ими человека» (Clem. Alex., Strom ., II, 38,3).
Что такое архетипический человек? Какая связь между ним и духовным семенем, Искрой Света? Валентин был платоником: эоны это идеи. В платонизме того времени встречается концепция, что человек является идеей Бога: «Бог содержит в самом себе идеи всех вещей. Именно по этой причине люди разрушаются, но идея человека, которая реализуется в его жизни, вечна». Тот Внутренний Человек по апостолу Павлу!
Поэтому, если Валентин говорит, что в плероме есть эон Антропос (Anthropos), это означает, что есть вечная Идея Человека; архетипический человек – это идея о Человеке, как она существует в сознании Бога.
Идея Бога о нас!
TenOtcaGamleta
Духовное зерно дремлет в душе в бессознательном состоянии.
«(Дух), родственный Отцу (Искра, Мысль Света), затерялся по ошибке в глубинах материи», говорит Гераклион. Вот почему, прежде чем покаяться, духовный человек представляет собой существо слабое и подверженное тирании демонов: «человек, будучи существом слабосильным, часто поступает сам себе во вред на поле битвы, позволяя противнику захватить себя» (Exc. 73). Покаяние есть "перемена ума", преображение сознания.
Радикальное изменение это вызвано влиянием Христа:
«И когда Спаситель пришел, он пробудил душу и зажег Искру. Ведь слова Бога — это сила» (Exc. 3). Христос, «новая звезда появилась на небе, разрушая старое сочетание звезд, сверкая новым запредельным светом, указывая новый путь и спасение, поскольку сам Господь, руководитель человека, снизошел на землю для того, чтобы увести верующих в него от Судьбы к его Провидению» (Exc. 74). И только тогда человек получает идеальную индивидуальность, ангела Спасителя, который его спасает от невежества и смерти.
«Мы же мертвы и умерщвлены причастностью к этому состоянию (в нашем мире). Живы только мужи, превзошедшие его» (Exc. 22). Эта последняя цитата ясно показывает, в чем состоит, согласно валентинианам, нищета человека: не в факте совершения греха, а в факте пребывания в этом мире, под влиянием тирании звезд - Судьбы, будучи подверженным нападкам демонов (архонтов, властей, сил) и смерти. Искупление освобождает человека от смерти. «Мать ведет свои порождения к смерти и в мир, Христос же перемещает вновь рожденных для жизни в Огдоаду. И они умирают для мира, но живут в Боге, ибо смерть попирается смертью, а гибель — воскресением» (Exc. 80).
Жизнь в этом мире и новая жизнь, это смерть и жизнь, рабство и свобода, тьма и свет, демоны и спаситель.
Это вовсе не означает, что жизнь в мире не нужна человеку. Признается, что рождение необходимо, чтобы завершить спасение верных (Exc. 67). Мир был создан для того, чтобы сформировать дух и подготовить его к спасению (Iren., Adv. Haer.; I, 7, 5). Вполне вероятно, что эта концепция отражает мнение самого Валентина; жизнь играет роль подготовительного этапа для духа; дух нуждается в обучении через нравы и чувства (Ориген). Однако не стоит забывать, что жизнь в мире всего лишь дает форму сути духовного человека, не делает трансцендентный мир осознаваемым; жизнь в мире, согласно валентинианам, это формирование сути, а не формирование духовного сознания: дух становится осознанным только с помощью Спасителя, который пробуждает душу человека и зажигает Искру его духа. Именно здесь заключено принципиальное различие между жизнью в мире и жизнью новой, между человеком падшим и его альтер-эго, между семенем и ангелом Спасителя. С приходом Спасителя он получает гнозис и осознает свое трансцендентное происхождение. Валентиниане выразили эту взаимосвязь между ангелом Спасителя и человеком через священный брак (таинство Чертога Брачного, о чем я писал ранее): София, Ахамот – мистическая супруга (Душа мира), Христос – духовный супруг; таким же образом духовное семя рассматривается как женское, тогда как ангелы названы мужскими существами. «Женский принцип порождает суть, мужской принцип формирует ту суть, которую породил женский принцип» Ипполит (Ref. VI, 30.)
Духовное семя, будучи женским, слабое, несовершенное и лишено формы; ангел, будучи мужским, дает пробуждение и формирует суть, он завершает вторую половину пары, он есть плерома павшего духа:
«До тех пор, пока семя не оформлено, оно является порождением Жены, получив же форму, оно принимает в себя мужскую природу и становится сыном Жениха» (Exc. 79). Существует еще один фрагмент, в котором отражены все нюансы валентинианской антропологии: «Тогда мы были детьми только этой Женщины, зачатые во грехе, несовершенные, неразвитые, неразумные, слабые и аморфные, рожденные недоносками, теперь же, после того как мы получили форму от Спасителя, мы стали законными детьми, рожденными от мужа и жены» (Exc. 68). Связи между семенем и ангелом, между Спасителем и падшей душой – это связи священных уз, ангел и душа образуют "супружескую пару" - сизигию.
Духовный человек не может спастись сам по себе: это ангел Христа передает ему знание; с дугой стороны, очевидно, что он будет спасен, он не может пропасть. Поэтому валентиниане называли себя «избранниками», в отличие от католиков, которые были всего лишь «призванными» (Exc. 58). И именно по этой причине они подчеркивали, что только в избранную душу помещено духовное семя (Exc. 2, I). Кроме того, говорят они, что церковь, то есть, духовные люди, были избраны еще до создания мира (Exc. 41). Эта последняя фраза, конечно, является цитированием апостола Павла.
Согласно валентинианам, Иисус, будучи духовным (как и остальные пневматики) и находясь в нашем мире, был сыном Софии (как и все); таким образом, он был несовершенен и нуждался в крещении и в освобождении; в момент крещения Христос спустился на него и передал ему Знание. Мы помним, что Мать София, была лишена духовной сути из-за отсутствия согласия с ней ее сизигия (Христа) и Воли Духа (Истины.) Поэтому она и породила Демиурга - творящий и оформляющий Принцип с изъяном, то есть, мировую душу, и дьявола, то есть, материю. И как Ангел Христа - Ум пробуждает утаенную Мысль Светлую в людях, так и сам Христос Разум образуя вновь сизигию с Софией, восстанавливает творение в Полноту.
Идея христиан - гностиков ясна как день: творение (наш мир), его Идея Архетип у Ахамот вышло с изъяном, поскольку свершилось без воли Ума и Истины, породив нечто ужасающее, что они передали мифом о Ялдаваофе, львиноголовом сыне Софии, творце этого мира. Этот демиург "соединился с безумием" порождая мир и считая себя истинным и единственным Богом. И только благодаря покаянию Матери (ее преображению, путем сизигии с Разумом-Христом и действию Мысли Светлой - Истины от Отца), возможно восстановить в полноту Человека и Мира, вернувшись к Богу, к Жизни.
Поскольку Жизнь есть Бог! Смерть - Его отсутствие.
TenOtcaGamleta
Климент Александрийский продолжает в "Строматах":
О чем учит гносис: учись, верь, – говорит он, – в явившегося во плоти Иисуса, ведь человек – это страждущая земля, поскольку Адам был создан из глины, взятой с лица земли.
Что же он говорит о благодатной земле, где течет молоко и мед? Благословен наш Господь, братья, давший нам премудрость и знание своих сокровенных тайн, говорит здесь пророк. Кто же уразумеет притчу Господа, как не умудренный, знающий и любящий его? И только немногим это доступно»... Тот же, кто не обладает знанием того, что есть Благо, является человеком недобрым. Ведь один только Отец благ и не знать Его – равносильно смерти, а знать его есть «жизнь вечная» и участие в Его несокрушимом всемогуществе. Не быть подверженным тлену – значит быть причастным божественному, а отказ от божественного гносиса влечет за собою разрушение... Поэтому учение называется «просвещением», открывающим сокровенное и Наставник открывает ковчег, в то время как Зевс изображается поэтами как закрывающий его и открывающий другой, содержащий зло.
«Уверен, – говорит апостол, – когда приду, то приду с полным благословением благовествования Христова» (Рим. 15:29). Этот «духовный дар» и гностическое предание, которое он желает передать только лично, поскольку оно не может быть сообщено письменно, он называет «полнотой Христовой»... Платон говорит так: «Остерегайся, как бы тебе не пришлось сожалеть о том, что сказанное теперь получило огласку недостойным образом. Более всего должно заботиться о том, чтобы ничего не записывать, но все познавать и усваивать, ведь невозможно, чтобы написанное рано или поздно не получило огласки».
И апостол Павел говорит о необходимости сокрытия пророческих и поистине древних таинств (от которых и происходят лучшие из эллинских учений): «Мудрость мы проповедуем между совершенными, но не мудрость века сего и не властей века сего преходящих, но проповедуем премудрость Божию, тайную и сокровенную». Далее он снова напоминает об опасности открывать это толпе:
«Я не мог говорить с вами, братья, как с духовными, но как с плотскими, как с младенцами во Христе. Я питал вас молоком, а не твердою нищею, ибо вы были еще не в силах, да и сейчас не в силах, потому что вы еще плотские». И точно так же как молоко – это пища для детей, а твердая пища – для взрослых, «молоко» в изречении апостола означает первоначальные наставления, первую пищу для души, а «твердая пища» есть мистическое созерцание, которое есть плоть и кровь Логоса, то есть знание божественных сил и сущности.
«Вкусите, и узнаете как Благ (χρηστός) Господь» (Пс. 33:9). Он сообщает Себя тем, кто принимает эту пищу духовным образом, поскольку душа сама себя питает, как говорит правдолюбивый Платон, ведь пища и питье, которые дает божественный Логос, есть знание сущности Бога.
Непреложное отделение от телесного и связанных с ним страстей – это жертва, приятная Богу. И в этом состоит истинное благочестие. Не потому ли философия именовалась Сократом «попечением о смерти». Ведь только тот, кто в своем мышлении опирается не на зрительные образы или данные чувств, но обращается к предмету лишь силою одного разума, может по праву быть назван истинным философом. Эту же цель преследовал и Пифагор, когда предписывал своим ученикам пятилетнее молчание в начале обучения для того, чтобы дать им возможность отвернуться от чувственного и в чистоте ума созерцать божественные предметы... Но большинство людей, скрывшись в тленные тела, как улитки в раковины, и, как еж листвой, облепленные своими страстями, невежественно полагают, что благой и нетленный Бог подобен им.
Видите, как уже эллины обожествляли гностическую жизнь, хотя и не знали как ее достигнуть. Что же такое истинный гносис они не видели и во сне. Мы же согласимся, что гносис – это пища для разума.
Не случайно поэтому очищение в эллинских мистериях играет основную роль, такую же как в варварских – омовение. За этим очищением следуют малые мистерии, которые содержат в себе основоположения учения и подготавливают к следующим за ними великим мистериям, мистериям о всеединстве, которые уже ничему не учат, подводя к непосредственному созерцанию и осмыслению начал природы и вещей...
Некоторые полагают, что через веру нам открывается Сын, в то время как Знание (γνώσις) приводит к Отцу...
Это значит, что веры не может быть без знания, равно как и знания без веры... Поэтому для того, чтобы верить в Сына, надлежит знать Отца, с которым Сын, и напротив, вера в то, чему учит Сын Божий, необходима для познания Отца. Итак, от веры к знанию, через Сына к Отцу. Знание Отца и Сына в соответствии с гностическим правилом, понятным только истинным гностикам, есть постижение и объятие истины через истину.Следовательно, мы верим в невероятное и знаем непознаваемое, то есть то, что никому более не известно и кажется невероятным, но во что верят и что знают немногие гностики. И они предпочитают не выражать это словами или делами, но подтверждают своей созерцательной жизнью.
Я в наш век предлагаю основы мифа читателям открыто, но в Апокрифе Иоанна сказано так:
"... Я же, я сказала все вещи тебе, чтобы ты записал их и передал их своим духовным сотоварищам сокрыто. Ибо есть это тайна рода недвижимого". И спаситель дал это ему, чтобы он записал это и положил надежно. И он сказал ему: "Да будет проклят всякий, кто обменяет это на дар, или на пищу, или на питье, или на одежду, или на какую-нибудь другую вещь подобного рода".
Очень скоро многие пожалели, что не последовали совету спасителя и говорили открыто!
Пожалею ли я?
Pravsib
Друзья, хочу выложить некую Сумму учения первоначальных христиан из ДЕЯНИЙ ПАВЛА, 170 г.:

"Ибо' объявились в Коринфе люди, Симон и Клеобий, говорившие будто нет воскрешения плоти, но только духа, и будто тело человека - не Божье творенье; и [говорили они] о мире, что отнюдь не Бог его создал и что не ведает Бог о мире; и что не Иисус Христос распят был, но только двойник Его, и будто не был Он Марией рожден и не от семени Он Давидова. Словом, много чему учили они в Коринфе, морочая <...> Когда же прослышали коринфяне что Павел в Филиппах, отправили они в Македонию с Евтихием и Трептом <...> И было послание <таково>.

ПОСЛАНИЯ КОРИНФЯН К ПАВЛУ:
1. Стефан и пресвитеры с ним - Дафний, Эвбул, Феофил и Ксенон приветствуют Павла, <брата своего> во Господе.
2. Объявились в Коринфе два человека, именем Симон и Клеобий, извращают они веру многих словесами пагубными, 3. о коих сам ты рассудишь.
4. Никогда прежде слов таких не слышали мы ни от тебя, ни от других апостолов,
5. но держимся крепко того, что от тебя и от них получили.
6. И поскольку являет пока нам Господь милость Свою и во плоти ты все еще пребываешь1, и можем все это мы вновь от тебя услышать,
7. то отпиши нам или сам к нам приди.
8. Ибо верим мы в то, что Феону явлено было: вызволил тебя Господь из рук беззаконных.
9. Говорят же и учат они вот о чем:
10. Не должно нам, говорят они, обращаться к пророкам,
11. и [говорят], что Бог не всесилен,
12. и что нет воскрешения плоти,
13. и что человек - не творенье Божье,
14. и что не являлся Господь во плоти, и Марией рожден Он не был,
15. и что мир - не Божий, но ангелов.

16. И потому поспеши, брате, сколь можешь скорее, сюда прийти, дабы непоруганной оставалась церковь коринфская и обнаружилась глупость людей этих. Да пребудет с тобой благодать Господня!"

Хочу только сказать - Аминь!.)))
Подчеркнуто именно то, что составляет основу Учения Христиан!
aye459
Во-первых, были ли описанные события или нет - достоверно не известно, не было ли придумано позже или только что, никто не знает, поэтому написанное никакого отношения к Учению Христиан не имеет, а так, произвольный бред.

Всё Учение Христиан собрано в Символе Веры.
Верую в единого Бога Отца, Вседержителя, Творца неба и земли, всего видимого и невидимого.
И в единого Господа Иисуса Христа, Сына Божия, Единородного, рожденного от Отца прежде всех веков: Света от Света, Бога истинного от Бога истинного, рожденного, не сотворенного, одного существа с Отцом, Им же все сотворено.
Ради нас людей и ради нашего спасения сошедшего с небес и принявшего плоть от Духа Святого и Марии Девы, и ставшего человеком.
Распятого же за нас при Понтийском Пилате, и страдавшего, и погребенного.
И воскресшего в третий день, согласно Писанию.
И восшедшего на небеса, и сидящего по правую сторону Отца.
И снова грядущего со славою, чтобы судить живых и мертвых, Его же Царству не будет конца.
И в Духа Святого, Господа, дающего жизнь, от Отца исходящего, с Отцом и Сыном сопоклоняемого и прославляемого, говорившего через пророков.
В единую, Святую, Соборную и Апостольскую Церковь.
Признаю одно крещение для прощения грехов.
Ожидаю воскресения мертвых.
И жизни будущего века. Аминь
aye459
Здравствуйте, уважаемые читатели и друзья!
Не дайте себя обмануть, это "символ" вновь образуемой никейской веры, во главе с языческим императором. Это имперский документ против, в первую очередь, ариан - принят лишь в 325 году и отражает зыбкий консенсус, на тот момент, внутри партий образуемой государственной церкви и конечно, никоим образом не являлся верой первоначальных христиан.
Более того, сам император Константин был уже присмерти крещен арианами, Евсевий Кесарийский - отец церковной истории и ближайший духовник императора был арианином, как и сын Константина - Констанций 2 был арианином! Вышеупомянутая формула навязана государством силой оружия и террором против большинства христиан первых трех веков и язычников, принуждаемых к единомыслию, являет собой замечательный образчик постановления государственной власти за духовное единство населения Империи, вопреки постановлениям и традициям древней христианской веры. Противники которой уничтожались.
Так же действовал впоследствии и Никон, в 17 веке. Результат - разделение империи, распад государства, смуты и костры, бесконечные смерти христиан, отъем их имущества и храмов.
Сотни лет, до Халкидона, да и позже шла борьба с никейской верой и никейцами даже на уровне последующих императоров, поскольку она не имеет ни малейшего истока в Новом Завете, где прямо сказано:
"О дне же том, или часе, никто не знает, ни Ангелы небесные, ни Сын, но только Отец." Ев. от Марка. "Когда же приидет Утешитель, Которого Я пошлю вам от Отца, Дух истины, Который от Отца исходит, Он будет свидетельствовать о Мне" Евангелие от Иоанна, гл. 15
Как видим, даже Дух Истины только от Отца исходит, в том числе и поэтому православные разошлись с католиками, которые считают что Утешитель исходит "от Отца и Сына" (Filioque), что было бы невозможно, если Отец и Сын Одно.
Иными словами, Сын не единосущен Отцу, а подобосущен. Говоря, что "Я и Отец - одно", Христос показывал, что он находится в Отце, что отнюдь не означает равенство Ему, как мы много разбирали ранее. Абсолют не познаваем и не выразим, поскольку познать Его означает уподобиться Ему, а выразить или дать Имя означает ограничить Его и поставить пределы. Уподобиться Потенциалу невозможно, только Его актуализации.
Вот как описывают процесс принятия этой веры:
Константин рекомендовал место Никея как климатически благоприятное и обещал приятное пребывание. Он также открыл его 20 мая и председательствовал. Участники - данные колеблются между 220 и 318 (в соответствии с 318 рабами Авраама) - были на содержании императора и прибыли императорской почтой (как и уже на синод в Арле ранее) с многократно большим персоналом. С Запада же, правда, только пять прелатов, а Сильвестр, римский верховный пастырь, отсутствовал. Он позволил представлять себя двум пресвитерам, Виктору и Викентию, и поэтому не занял на Соборе «никакого ведущего положения».
Но император явился перед епископами «как ангел Господень с неба, излучая свет в своем блистательном одеянии, как бы лучащемся блеском в огненном потоке пурпура, и украшенный светлым мерцанием золота и драгоценных благородных камней». Самих духовных отцов охраняли телохранител, «обнажившие острые мечи». По высочайшему предписанию им было «предложено ежедневное пропитание в изобилии».
О догматических аспектах (акты не велись вообще) большая часть слуг Бога имела поверхностное представление или вообще не имела его. И сам Хозяин не имел собственного интереса в этом. Уже за год до того, в октябре 324 г, в длинном послании он сообщил через епископа Осию представителям враждующих сторон, Арию и Александру, «что здесь речь идет, однако, лишь о безделице», о «задиристости бесполезного ничегонеделания». «Ни в коем случае ваше дело не стоит таких причитаний».
Возможно даже, что Константин непосредственно не руководил заседаниями, однако определял их и все решал , при этом он придерживался большинства. Какую он предложил, такую и провел формулировку Символа веры, которую участники и не представляли! Более того, формулировку еще в 268 г. осужденную восточной церковью на Антиохийском соборе как «еретическую»!
Это был "знак враждебности к науке, которая мыслила в русле Оригена". Даже намека об ее истоках нет в Библии. Определение веры на Соборе детально не прояснялось и не получило обоснования. Император, для которого речь шла о единстве Империи, видел в споре священников только упрямство, запретил всякие богословские дискуссии и потребовал лишь признания самой формулы. «Веруем в Бога, всемогущего Отца и в Господа, Иисуса Христа истинного Бога от истинного Бога порожденного, не сотворенного, единосущного (homousios) Отцу и в Святого Духа». На Западе Никейская вера даже десятилетия спустя была признана ограниченным числом верующих и в самых правоверных кругах не бесспорна. Теперь император решал проблемы церкви - а совсем не папы. В течение всего IV-го столетия римские епископы на соборах не играли никакой подобающей роли, не были решающей инстанцией. Более того, со времен Константина существует «императорская синодальная власть». Церковный историк Сократ в середине V-го столетия пишет:
«С тех пор как императоры стали христианами, дела церкви зависели от них, и самые большие соборы проводились и проводятся по их замыслам».
Текст символ веры ариан, которые тогда противопоставляли homousios'у (единосущен) - homoiusios (подобосущен), был в Никее вырван у их оратора и разорван, прежде чем был дочитан до конца! Он же «был тотчас всеми отвергнут и объявлен не истинным и сфальсифицированным. Возник очень большой шум» (по Феодориту). Вообще на "святом собрании", говоря словами принимавшего участие в нем Евсевия, господствовала «повсеместно ожесточенная словесная брань».
Жалобное и полемическое послание епископов император не распечатывая предал огню. Все, кто добровольно «присоединился к лучшим воззрениям», получили "его высшую похвалу. О не повиновавшихся, напротив, он высказался с отвращением".
Гете писал, что «учение о божестве Христа, декретированное консилиумом Никеи для деспотизма очень полезно, даже было потребностью». Иисус стал Богом именно по решению императора митраиста на Соборе в Никее. После осуждения Ария, «человека с железным сердцем» (слова самого Константина), реабилитированного уже следующим синодом в Никее, осенью 327 г., объяснения этого «еретика» удовлетворили Константина."
Эта "вера" есть "Символ" религиозной революции, поистине большевистской по сути и осуществляемым методам, уничтожившей суть учения христиан и самих христиан со временем. За определения, различаемые лишь в одной букве, пролито не меньше крови, чем в последних войнах.
В государственном "христианстве" от них осталось лишь великое Имя. Такова правда! Но мы знаем, что:
«Чистое и непорочное благочестие пред Богом и Отцем есть то, чтобы призирать сирот и вдов в их скорбях, и хранить себя не оскверненным от мира» (Иак.1:27)
aye459
Итак, поскольку предыдущий участник привел как основу учения христиан следующие положения:
Не должно нам, говорят они, обращаться к пророкам, и [говорят], что Бог не всесилен, и что нет воскрешения плоти, и что человек - не творенье Божье, и что не являлся Господь во плоти, и Марией рожден Он не был, и что мир - не Божий, но ангелов.
, то я покажу что они следуют уже из учения апостола Павла в его посланиях экклезиям в нескольких сообщениях.
В церковной традиции Павел является непоколебимым защитником ортодоксии. Именно такой образ Павла, изложенный в Деяниях Святых Апостолов, чтила великая Церковь примерно со времен Иринея. Но на самом деле в ряде вопросов Павел поддерживал взгляды, свойственные скорее христианам - гностикам, чем Отцам Церкви. Позвольте мне подтвердить это на некоторых ключевых примерах.
а) Валентиниане неизменно утверждали, что их богословие основано на Павле и что он в своих письмах использовал основные понятия их системы образом, достаточно ясным для любого, кто умеет читать. Учение Валентина невозможно без писем Павла точно так же, как и без пролога к четвертому Евангелию. Неслучайно все валентиниане предпочитали Павла — как проповедника тайной мудрости, который высказывался наиболее ясно.
- Они могли ссылаться на Гал 1:12,15–16 (в част., «Евангелие, которое я благовествовал, не есть человеческое, ибо и я принял его и научился не от человека, но через откровение Иисуса Христа»), где Павел утверждал, что получил Евангелие в непосредственном откровении от Бога, а не от людей. Подчеркивание Павлом того, что его благовестие получено не от иерусалимских апостолов и их традиции, - использовалось гностиками II в. для оправдания расхождения их взглядов с церковной традицией ортодоксальных Отцов (ср.: «потому что мне через откровение возвещена тайна (о чём я и выше писал кратко)», Еф 3:3). У. Шмитальс, поэтому, не так уж не прав, когда пишет о Гал 1:12: "Это типично гностический довод. Гностический апостол характеризуется не неразрывностью традиции через апостольское преемство, но непосредственным духовным призванием" и далее, об отрывке из Первого послания к Коринфянам: "В 1-е Кор., от 2:6 до 3:1:
И я не мог говорить с вами, братия, как с духовными, но как с плотскими, как с младенцами во Христе. Я питал вас молоком, а не твердою пищею, ибо вы были еще не в силах, да и теперь не в силах, потому что вы еще плотские. Ибо если между вами зависть, споры и разногласия, то не плотские ли вы? и не по человеческому ли обычаю поступаете?
, мы находим точное выражение гностического подхода!"
- Подобным образом валентиниане могли оправдывать свое разделение людей на πνευματικοί и πσυχικοί ссылкой на Павла:
... что и возвещаем не от человеческой мудрости изученными словами, но изученными от Духа Святаго, соображая духовное с духовным. Душевный человек не принимает того, что от Духа Божия, потому что он почитает это безумием; и не может разуметь, потому что о сем надобно судить духовно. Но духовный судит о всем, а о нем судить никто не может. Ибо кто познал ум Господень, чтобы мог судить его? А мы имеем ум Христов. 1 Кор 2:13–16).
- Более того, они могли привести слова Павла о том, что, вопреки насмешкам коринфских оппонентов, он проповедовал мудрость среди совершенных:
Мудрость же мы проповедуем между совершенными, но мудрость не века сего и не властей века сего преходящих, но проповедуем премудрость Божию, тайную, сокровенную, которую предназначил Бог прежде веков к славе нашей (1 Кор 2:6, ср. 2 Кор 12:4 )
, как оправдание тайной мудрости, которой они обучали посвященных.
- Таким же образом валентиниане ценили Послание к Ефесянам за то, что оно раскрывает "тайну духовного искупления". По–видимому, они возводили свое представление об зонах к Посланиям к Ефесянам и Колоссянам, подчеркивая первостепенного значения прославленного Христа, отличающее гимн в Послании к Колоссянам: отметим повторяющееся использование слова "все": "Первородный всей твари… в Нем было сотворено все… все чрез Него и для Него сотворено. И Он Сам есть прежде всего, и все существует в Нем… чтобы быть Ему во всем первым… чтобы в Нем обитала вся полнота… чрез Него примирить с Собою все" (Колос., 1:15–20).
Мысль Павла вырисовывается довольно четко: связь верующего с Богом через Христа — непосредственная, полная и только через Христа. Павел выражает это в словах:…во Христе сокрыты все сокровища и премудрости и знания.
б) Величайший "паулинист" первых веков нашей эры - Маркион. Некоторые даже называют его величайшим паулинистом всех времен, по крайней мере в том смысле, что наибольшее значение он придавал Павлу. Во всяком случае, он был "первым систематическим собирателем наследия Павла". Ключевым элементом богословия Маркиона, возможно ключом ко всей его системе, была антитеза между законом и Евангелием. Эту антитезу он заимствовал непосредственно у Павла. Несомненно, Павел иногда очень остро противопоставлял закон и Евангелие, веру и дела, особенно в 2 Кор 3-6:
«Он дал нам способность быть служителями Нового Завета, не буквы, но духа, потому что буква убивает, а дух животворит.» (см. также Рим 5:20, 7:6, Гал 3:2–3).
Именно этот контраст между ветхим законом, как символом осуждения и смерти, и новым законом благодати и жизни послужил отправной точкой для радикальной враждебности Маркиона к Ветхому Завету, его закону, религии и Богу: (ср. 2 Кор 4:4)
«для неверующих, у которых бог века сего ослепил умы, чтобы для них не воссиял свет благовествования о славе Христа, Который есть образ Бога невидимого».
Не нужно удивляться и утверждению Дж. Дрейна о том, что "выраженное в Послании к Галатам отношение Павла к закону можно вполне справедливо назвать явно гностическим".
Я продолжу.
TenOtcaGamleta
в) Мы уже отождествили враждебную Павлу партию в Коринфе с гностически настроенной группировкой внутри христианской церкви этого города. Следует отметить, однако, такой поразительный факт - в некоторых вопросах Павел явно симпатизирует коринфским гностикам!
В частности, он соглашается с теми, кто "имеет знание" о том, что идолы — ничто и христиане свободны есть всё (10:26, ср. Рим 14:14,20), хотя и желает ограничить свою свободу ради "немощных" (1 Кор 8:13, 10:28–29, ср. Рим 14:13–21). Он высоко ценит духовные дары (πνευματικά), хотя предпочитает слово χαρίσματα и считает, что коринфяне сильно преувеличили важность глоссолалии (1 Кор 12–14). Себя он желает называть πνευματικός (пневматиком), как подтверждение того, что проповедует мудрость среди совершенных, отрицая право так называть других членов общины. Заметим и то, что сам Павел был строго аскетичен в отношении к браку и своему телу (1 Кор 7, 9:27) Этот аскетизм, возможно, принимали и некоторые коринфские гностики. Наконец, вспомним, что, хотя Павел явно не разделял принятый в Коринфе взгляд на крещение, он не спорит с ним и не осуждает его. Он вполне готов говорить о вечере Господней как "приобщении" к телу и крови Христовой (1-е Кор.,10):
Итак, возлюбленные мои, убегайте идолослужения. Я говорю вам как рассудительным; сами рассудите о том, что говорю. Чаша благословения, которую благословляем, не есть ли приобщение Крови Христовой? Хлеб, который преломляем, не есть ли приобщение Тела Христова? Что же я говорю? То ли, что идол есть что-нибудь, или идоложертвенное значит что-нибудь? Нет, но что язычники, принося жертвы, приносят бесам, а не Богу. Но я не хочу, чтобы вы были в общении с бесами. Не можете пить чашу Господню и чашу бесовскую; не можете быть участниками в трапезе Господней и в трапезе бесовской.
Некоторые могут.)
Первое послание к Коринфянам дает основание Дж. Херду утверждать, что коринфские оппоненты Павла, с которыми он спорит, просто оставались верны энтузиазму первых проповедей Павла, когда он представлял благовестие как "знание" и "мудрость" и более высоко ценил глоссолалию. Даже если это заключение выходит за рамки непосредственных свидетельств мы, по крайней мере должны согласиться, что коринфские «ошибки» во многом были односторонним развитием идей самого Павла!
г) Если мы рассмотрим выраженное в 1 Кор 15 и 2 Кор 5 учение Павла о воскресении тела, учитывая перспективу II в., оно будет выглядеть гностическим, чем ортодоксальным.
И если мы в этой только жизни надеемся на Христа, то мы несчастнее всех человеков.
Как в Адаме все умирают, так во Христе все оживут, но Бог дает ему тело, как хочет, и каждому семени свое тело. Не всякая плоть такая же плоть; но иная плоть у человеков, иная плоть у скотов, иная у рыб, иная у птиц. Есть тела небесные и тела земные; но иная слава небесных, иная земных. Иная слава солнца, иная слава луны, иная звезд; и звезда от звезды разнится в славе. Так и при воскресении мертвых: сеется в тлении, восстает в нетлении; сеется в уничижении, восстает в славе; сеется в немощи, восстает в силе; сеется тело душевное, восстает тело духовное. Есть тело душевное, есть тело и духовное. Так и написано: первый человек Адам стал душею живущею; а последний Адам есть дух животворящий. Но не духовное прежде, а душевное, потом духовное. Первый человек - из земли, перстный; второй человек - Господь с неба.
Таким образом, телесное воскресение по Павлу — это воскресение человека как духовного тела (воскресает не физическое тело, не плоть)! Еще более поразительно, что в последующие десятилетия в спорах о воскрешении тела гностики часто оставались более верны взглядам Павла, чем ортодоксальные Отцы: когда христианские гностики пришли к выражению своего понимания духовного способа существования после освобождения от плоти, они зачастую использовали язык, обозначающий какой то вид духовного тела; в то же время ранние Отцы отошли от взглядов Павла и стали утверждать, что, напротив, воскресает именно физическое тело, плоть.
д) Отметим, что христология Павла в ключевых вопросах уязвима для гностического истолкования. Имеются ввиду взгляды Павла об Иисусе как человеке. Во–первых, его, кажется, не интересует земная жизнь Иисуса: он полностью занят прославленным Христом. Более того, его утверждение о том, что отныне (то есть после явления Иисуса Христа Павлу недалеко от Дамаска) он больше не знает Христа "по плоти" (2 Кор 5:16), было в сущности открытым приглашением к гностическому определению Христа как Духовной сущности. Во–вторых, Павел дважды говорит о приходе Иисуса в "подобии" (ομοίωμα) плоти или человека (Рим 8:3, Флп 2:7):
Как закон, ослабленный плотию, был бессилен, то Бог послал Сына Своего в подобии плоти греховной в жертву за грех и осудил грех во плоти, чтобы оправдание закона исполнилось в нас, живущих не по плоти, но по духу. Ибо живущие по плоти о плотском помышляют, а живущие по духу - о духовном.
, что гностики цитировали как свидетельство того, что Спаситель принял лишь вид человеческого тела:
Он, будучи образом Божиим, не почитал хищением быть равным Богу; но уничижил Себя Самого, приняв образ раба, сделавшись подобным человекам и по виду став как человек; смирил Себя, быв послушным даже до смерти, и смерти крестной.
Неудивительно, что Тертуллиан назвал Павла "апостолом еретиков".
Проиллюстрировать возможность гностического истолкования Павла можно и с другой стороны: из подхода Отцов к Павлу, который был ответом на гностические истолкования. Столкнувшись с реальной угрозой того, что маркиониты и валентиниане "приберут к рукам" Павла, они должны были продемонстрировать в споре его ортодоксальность. Но в реальности получилось так, что использовать Павла для защиты ортодоксии они могли, лишь искажая его в большинстве этих вопросов.
TenOtcaGamleta
а) Как мы уже видели, гностики использовали Послание к Галатам для утверждения своего отмежевания от церковной традиции иудаизаторов НЗ, возникающей ортодоксии. Они ссылались, в частности, на Гал 2:5:
«а вкравшимся лжебратиям, скрытно приходившим подсмотреть за нашею свободою, которую мы имеем во Христе Иисусе, чтобы поработить нас, мы ни на час не уступили и не покорились, дабы истина благовествования сохранилась у вас».
Пытаясь опровергнуть еретическое истолкование этого отрывка, Ириней и Тертуллиан отвергли обычное его прочтение и следовали редкому вариантному чтению, опускающему отрицание: "им мы уступили и подчинились на время…"(!). Другими словами, с этим истолкованием они могли построить свое утверждение о том, что Павел в конце концов подчинился авторитету иерусалимских апостолов (отраженное в Деяниях) - которое, как мы уже видели, является неверным истолкованием истории и самих писем-посланий Павла.
б) Отцов обычно поражала сила контраста, проводимого Павлом между законом Моисея и Евангелием, делами (этого Закона) и верой. Они были готовы идти на любые экзегетические средства, сколь бы натянутыми те ни были, чтобы предотвратить истолкование Павла в маркионитском смысле. Кирилл Иерусалимский, например, объявил, что Павел оставался гонителем Церкви, пока считал, что христианство отменяет закон, а не исполняет его (!). Пелагий же доказывал, что Павел написал десять писем (включая Послание к Евреям, но исключая письмо к Филемону и Пастырские послания), чтобы показать свое согласие с законом Моисеевым (!). Намного чаще, однако, Отцы пытались одержать верх, подчеркивая (мы бы сказали, иногда чересчур) мысль Павла о законе как наставнике до прихода Христа (Гал 3:24). При этом они вводили различение между мнением Павла о нравственном и об обрядовом законе (которое у самого Павла отсутствует!). Большинство Отцов смягчает остроту проводимой Павлом антитезы между верой и делами (Закона Моисеева).
в) Гностический дуализм между Богом и миром с последующим разобщением между творением и искуплением мог во многом опираться на представление Павла о воскресении тела. Видя это, Отцы пытались истолковать Павла в согласии со своей собственной верой в воскресение плоти — но опять таки при этом были неизбежны некоторые экзегетические искажения. Например, Ириней и Тертуллиан явно были огорчены местом, на которое могли опереться их противники (1 Кор 15:50):
Но то скажу вам, братия, что плоть и кровь не могут наследовать Царствия Божия, и тление не наследует нетления. Говорю вам тайну: не все мы умрем, но все изменимся. Ибо тленному сему надлежит облечься в нетление, и смертному сему облечься в бессмертие.
, но их попытки перетолковать его в свою пользу едва ли убедительны. То, что говорит против валентиниан Епифаний, в этом отношении несколько забавно: "Они отрицают воскресение мертвых, высказывая вещи загадочные и смешные, будто не это тело восстает, а какое то другое, называемое ими духовным (!) (ср. 1 Кор 15:35–50).
Короче говоря, во всех этих важных моментах спора между гностицизмом и возникающей ортодоксией Отцы могли сохранить Павла в рамках великой Церкви лишь путем неправильного его истолкования!
Итак, мы видим, что Павел находится в русле гностической канвы, той, что роднит его больше с христианами-гностиками, чем с ортодоксами! Может быть, Маркион просто довел взгляды Павла до логического завершения, и великая Церковь поступила бы справедливо в историческом плане, если бы отвергла его наряду с Маркионом, вместо того чтобы удерживать его, давая собственное истолкование? Она ведь это и сделала первоначально – Павел был злейшим противником для иерусалимской общины и иудео-христиан первоначально.
До сих пор неясно, не он ли выступает под псевдонимом Симона Гиттонского?!
И действительно, замечает его исследователь, Элейн Пейджелс, что сами гностики видели Павла в совершенно ином свете. Вместо того чтобы рассматривать Павла как противника, «они отважились провозгласить его послания первоисточником гностической теологии». Вместо того чтобы отвергнуть Павла как своего наиболее непримиримого оппонента, а валентиниане почитали его одним из апостолов, который – превыше всех других – сам был гностическим посвященным». Более того, в свете обнаружения гностических текстов в Наг-Хаммади, Пейджелс утверждает, что те, кто полагает Павла противником гностиков, «помимо того, что черпают информацию из произведений ересиологов (таких как Ириней), переняли у них также некоторые субъективные оценки и толкования гностического материала».
Реальные факты истории таковы, что после ухода Христа единственное, что его ученики и последователи сумели сделать – это организовать несколько разрозненных и сугубо еврейских общин, которые и для ортодоксальных иудеев, и для всей Римской империи выглядели как еще одна из многочисленных сект. И на уровне секты так все это дело потихоньку и закончилось бы – если бы не подвижническая деятельность Павла. Который на основе множества общин, широко разбросанных по регионам Средиземноморья, сумел создать единую и стабильно набиравшую мощь церковь, принимавшую в свои ряды всех без исключения, а не только иудеев.
Большая проблема с правильным пониманием данных фактов истории заключается в том, что подлинное учение Павла уже давно и очень сильно подвергнуто искажениям.
aye459
Ученый и переводчик, Дэвид Б. Харт, в своей статье рассказывает об этом примерно такими словами:
"Спросите, к примеру, среднестатистического американского христианина – скажем, пресвитерианца, регулярно посещающего церковь и имеющего дома под рукой Новую международную версию Библии – о чем говорится в евангельских текстах апостола Павла? Ответ его будет вполне предсказуемым, а главные моменты непременно будут такие: люди, несущие на себе вину первородного греха и обреченные на вечный ад, не могут спасти себя добрыми делами или как-то еще сделать себя угодными для Бога; однако всевышний в своей доброте послал своего вечного сына – чтобы тот принес себя в жертву за наши грехи, а праведность Христа милостиво разделяется и распространяется на всех, кто в него верует.
Некоторые детали тут могут отличаться, однако базовая суть будет сводиться именно к этому. И надо признать, что основные выражения этой истории будут переданы с применением действительно тех терминов, что использовались апостолом Павлом. Или, по крайней мере, там будут те слова, что были отфильтрованы для общепринятых версий переводов. Однако в целом все это является фантазией. Все это является пересказом элементов из более поздних христианских верований, которые на самом деле в собственных текстах Павла отсутствуют.
Реальное же учение Павла, однако, если брать его непосредственно из посланий апостола на греческом, подчеркивает вовсе не «первородный грех» и не «разделяемую праведность» (он не верил ни в то, ни в другое), а необходимость сбросить власть злонамеренных ангелов":
"Наша брань не против крови и плоти, но против начальств, против властей, против мироправителей тьмы века сего, против духов злобы поднебесной" (Еф.6,12).
В свое время я подробно разбирал эту тему на базе работы "Космологическая система ап. Павла. Начала и Власти."
http://xpectoc.com/issledovaniya/kanonicheskie-pisaniya/kosmologicheskaya-sistema-apostola-pavla-nachala-i-vlasti/
Рекомендую настоятельно вам ее к изучению еще раз! Она основана целиком на Новом Завете.
Многие исследователи, под влиянием унаследованных богословских привычек, изначально предрасположены видеть в посланиях Павла такие вещи, которых в действительности там нет. А также упорно не замечают вещи другие, которые совершенно определенно там имеются. Их выводы, порой, имеют вполне четкую тенденцию – отвечать нашим ожиданиям. Вот только мир поздней античности настолько далек от мира нашего, что он почти никогда нашим ожиданиям не соответствует.
История спасения у Павла касается всего космоса в целом. Для Павла весь космос попал в рабство к смерти, как из-за наших собственных грехов так и из-за пагубного управления тех «ангельских» или «демонических» сил, которые правят землей с небес и удерживают нас и духов в плену подземелья.
Эти ангелоподобные существа или Архонты, которых Павел называет Престолами, Властями, Господствами и Духовными Силами Зла на Высоких Постах – все это боги разных народов. В послании к Галатам, в частности, он намекает, что и ангел господень, правящий народом Израиля, может быть одним из их числа. Будь они падшие, или же мятежные, или же просто неумелые, эти существа незримо стоят между нами и Богом. Однако Христос победил их всех! Никогда и нигде Павел не говорит про какой-то ад, место для пыток душ человеческих.
Одним словом, корнем проблем, с которыми Павел столкнулся в Коринфе, несомненно, было сильное влияние иных гностических (или догностических) идей, чем его собственные (у христиан гностиков не может быть единомыслия и никогда не было), на значительную часть христианской общины. Ситуация, конечно, была сложнее, чем может показаться из вышесказанного, но тем не менее видно: в Коринфской церкви присутствовали "гностические тенденции" в строгом смысле этого слова. Отметим, что это было многообразие в рамках одной общины: несмотря на разделение, обе группы людей считались ее членами. Один из краев спектра коринфского христианства отличался тягой и симпатией к понятиям и категориям, характерным для синкретической смеси эллинистической культуры и религиозной философии, но из общины это их не исключало.
То есть в Коринфской церкви были гностики, но Павел не объявлял их нехристианами или ложными христианами. Он упрекал их в гордыне и недостатке любви, но признавал их членами тела Христова. Перед нами только середина I в., но на сцене уже появляется гностическое (или догностическое) христианство — не как угроза или нападение на церковь извне, но как часть самого христианского спектра.
Я продолжу.
TenOtcaGamleta
В заключении этой темы сегодня, должен еще раз подчеркнуть важные моменты.
Гностики - христиане были не посторонними соблазнителями истинных верующих, но членами общины, которые участвовали в совместных "вечерях любви", вкушали евхаристию. Другими словами, христианство, которому были адресовано послания Павла, не было чистым и непорочным; оно содержало в себе гностические элементы. Подобный вывод можно сделать из Второго послания Петра.
Послания неоднократно делают попытки внести ясность: что является допустимым многообразием и какие мнения и поведение следует считать неприемлемыми. Но в самих общинах значительная часть спектра многообразия явно считалась приемлемой. Такое многообразие включало в себя элементы, типичные для позднейшего гностицизма. Гностики участвовали во внутренней жизни церкви как полноправные ее члены. Другими словами, на этой стадии мы еще не видим Церкви, то есть знакомой нам Церкви, где вероучение полностью разработано, а лжеучители являются лишь извне и легко распознаются как таковые. Напротив, тот факт, что даже в Пастырских посланиях речь идет только о дисциплине, свидетельствует, что четко определенные или единодушные взгляды на ортодоксию и ересь еще не сформировались.
Эти представления к концу I в. только начинали вырабатываться.
По мысли одного из величайших исследователей Нового Завета, Б. Мецгера, из его программного труда «Текстология Нового Завета», мы располагаем свидетельствами, указывающими на то, что на раннем этапе передачи текста в него вносились многочисленные изменения — отдельные слова и целые строки при переписке неизбежно опускали или, напротив, могли скопировать дважды; переписчики правили стиль, заменяли одни слова другими, исправляли погрешности или очевидные ошибки. Поразительная черта текстуальной традиции заключается в том, что разница между древнейшими рукописями каждой из книг будущего Нового Завета оказывается существенно большей, нежели между средневековыми, которые переписывались в иных, более регламентированных условиях. Цитаты из Нового Завета у ранних отцов церкви также свидетельствуют о том, что на древнейших этапах передачи текста он мог варьироваться в весьма широких пределах.
В 1934 г. увидела свет новаторская работа Вальтера Бауэра, в которой он утверждает, что в II–III вв. ортодоксия не была ни исходной, ни повсеместно господствующей формой христианства, а ересь (во всех ее многообразных проявлениях) не была вторичным и далеким производным от ортодоксии. Напротив, раннее христианство состояло из конкурирующих вариантов веры и практики; один из этих вариантов по ряду причин социального, экономического и политического характера в итоге одержал верх и затем переписал церковную историю в духе собственного триумфа.
Ортодоксией стала та форма религии, которую приняли христиане Рима, утвержденная имп. Константином.
Еще до Второй мировой войны некоторые ученые, и среди них такие выдающиеся исследователи, как Кирсопп Лейк, Дж. Рендел Харрис, Адольф фон Гарнак, Дональд Риддл и особенно сам Вальтер Бауэр (в другой своей, гораздо менее читаемой, но столь же внушительной монографии), выявили примеры богословски-мотивированной порчи текста.
Тем не менее, всего четыре десятилетия назад ученые подошли к тому, чтобы в полной мере признать, сколь сильно раннехристианские идеологические распри повлияли на состояние текста Нового Завета! Сам Синайский кодекс, один из древнейших рукописных пергаментов, содержащих целиком Н.З и большую часть Септуагинты, свидетельствует о бурных разногласиях по вопросам доктрины, не утихавших в течение столетий. 14 800 изменений и примечаний было внесено в кодекс за некий период времени девятью «корректорами», которые, по словам Бентли, указывали, «каким, по их мнению, являлся верный текст». Дополнительные правки этой древней книги, недоступные невооруженному глазу, были обнаружены только недавно при помощи ультрафиолетового света – например, заключительный стих Евангелия от Иоанна был добавлен иной рукой позднее.
Послание Варнавы и Пастырь Гермы – произведения, входившие в состав Синайского кодекса и считавшиеся не менее подлинными, чем другие книги Нового Завета, также не были включены в канон.
«Очевидно, что люди, собиравшие рукописи библиотеки Наг-Хаммади, исповедовали христианство, – отмечает главный редактор «Библиотеки Наг-Хаммади» Джеймс М. Робинсон, – и многие тексты были первоначально написаны христианскими авторами».
А нам Бог открыл это Духом Своим; ибо Дух все проницает, и глубины Божии. Ибо кто из человеков знает, что в человеке, кроме духа человеческого, живущего в нем? Так и Божьего никто не знает, кроме Духа Божия. Но мы приняли не духа мира сего, а Духа от Бога, дабы знать дарованное нам от Бога, что и возвещаем не от человеческой мудрости изученными словами, но изученными от Духа Святого, соображая духовное с духовным.
Апостол Павел!

Жизнь победит!
Pravsib
Здравствуйте, друзья!
Вчера я в материале затронул, помимо прочего, чрезвычайно важную тему - т.н. апостольского преемства:
«Евангелие, которое я благовествовал, не есть человеческое, ибо и я принял его и научился не от человека, но через откровение Иисуса Христа».... Подчеркивание Павлом того, что его благовестие получено не от иерусалимских апостолов и их традиции - использовалось гностиками II в. для оправдания расхождения их взглядов с церковной традицией ортодоксальных Отцов: "... благовествовал Его язычникам, — я не стал тогда же советоваться с плотью и кровью, и не пошел в Иерусалим к предшествовавшим мне Апостолам, а пошел в Аравию, и опять возвратился в Дамаск." Мысль Павла вырисовывается довольно четко: связь верующего с Богом через Христа — непосредственная, полная и только через Христа... Гностический апостол характеризуется не неразрывностью традиции через апостольское преемство, но непосредственным духовным призванием
Наши же ортодоксальные оппоненты всегда и везде подчеркивают, что они апостольская церковь. Они не только это декларируют, но и внесли этот постулат в сам Символ веры как обязательный элемент: "Верую во святую соборную и апостольскую церковь"!
Иными словами, если не веришь в это - ты не правоверный. Уже в 4 веке им требовалась вера в этот тезис.
Итак, с древнейших времен мы имеем традицию духовного непосредственного, я бы сказал, инициатического призвания в Духе, во Христе и посредством Христа как единственного посредника между Богом и Человеком, у христиан гностиков и много позднее утвержденную императором традицию рукоположения якобы через преемство от апостолов (посланников, в перев. с греч.). Это чрезвычайно важно понимать!
Основоположник и организатор христианских экклезий вне Иудеи первого века, апостол Христа "не через человеков", чьи труды составляют половину Нового Завета, в своих посланиях прямо и открыто пишет:
И вы - тело Христово, а порознь - члены.
И иных Бог поставил в Церкви, во-первых, Апостолами, во-вторых, пророками, в-третьих, учителями; далее, иным дал силы чудодейственные, также дары исцелений, вспоможения, управления, разные языки.
Все ли Апостолы? Все ли пророки? Все ли учители? Все ли чудотворцы? Все ли имеют дары исцелений? Все ли говорят языками? Все ли истолкователи? Ревнуйте о дарах больших, и я покажу вам путь еще превосходнейший.
Все, кого он тут упоминает как тело Христово, являются приемниками Святых Даров от Бога, но не рукоположенным человеками клиром. Где они сейчас, много ли их?
Я задам простой вопрос - кто "рукоположил" Иисуса Христа? Он Помазан (Христос - в т.ч., значит "помазанник") огнем Духом Святого. Иоанн Креститель (Йоханан Баптист) , вероятно один из руководителей тайного общества из которого вышел Иисус, близкого к эссеям (поразительно, но третье по величине и влиянию ответвление (секта) от храмового иудаизма, после саддукеев и фарисеев - ни разу не упоминается в Новом Завете (!), что само за себя говорит о многом), по легенде говорил так:
Я крещу вас в воде в покаяние, но Идущий за мною сильнее меня; я не достоин понести обувь Его; Он будет крестить вас Духом Святым и огнем
Слова самого Иисуса: "и «Чашу Мою будете пить, и крещением, которым Я крещусь, будете креститься, но дать сесть у Меня по правую сторону и по левую — не от Меня зависит, но кому уготовано Отцем Моим.", - убедительно демонстрируют правоту ап. Павла, подтверждая духовное, огненное крещение для своих последователей и тот факт, вопреки Никейской вере и ее Символу, что Он не всемогущ и не единосущен Отцу!
Дух Господень на Мне; ибо Он помазал Меня благовествовать нищим, и послал Меня исцелять сокрушенных сердцем, проповедывать пленным освобождение, слепым прозрение, отпустить измученных на свободу, проповедывать лето Господне благоприятное.
Мы ранее не раз затрагивали эту тему!
Конечно, Церковь есть позванные, отобранные, избранные от среды, люди! Кем избранные и когда? Христом и во Христе, а не человеческим произволением! Отец избирает Своих в Сыне! Не Сын, но Отец! Сын - проводник, Разум, но Отец создатель Идей, духов. И рожденные свыше от Духа получают Имя от Отца!
Церковь Божия, не людская, поэтому в ней присутствуют Дары от Бога - от дара пророчества (с которым ортодоксы борются как со смертельным врагом), до говорения языками.
Я продолжу.
TenOtcaGamleta
Павел настаивает, что: "... у меня ни в чем нет недостатка против высших Апостолов: хотя я и невежда в слове, но не в Познании." У ортодоксов наоборот, они мастера слова, но вот в Познании, в гнозисе.... Мы видим, что ап. Павел и его общины относятся к древнейшей ветви не апостольского христианства, к которой принадлежали большинство христианских общин со времен Иисуса Христа и с которыми со временем расправились самым жестоким образом, а учение ап. Павла - духовное учение о духовном Христе было переработано до обратного. В Посланиях и Деяниях мы имеем как минимум, двух Павлов и различаются они следованию Духу Нового Завета и мертвым, "смертоносным буквам" последующих кафолических корректоров.
Он дал нам способность быть служителями Нового Завета, не буквы, но духа, потому что буква убивает, а дух животворит.
2 к Коринфянам, гл. 3.
С конца второго столетия, имеем мы свидетельство образованнейшего отца и учителя церкви Тита Флавия Климента, который во фрагменте письма к некому Феодору указал:
«Марк во время пребывания Петра в Риме записал деяния Господни, однако не обнародовал все их и даже не намекнул на тайные, а выбрал те, которые счел самыми полезными для роста в вере тех, кому передавал их. А когда Петр мученически умер, Марк пошел в Александрию, взяв с собой и свои записи, и записи Петра. Из них он перенес в свою первоначальную книгу те части, которые способствовали росту знания. Он составил более духовное Евангелие для тех, кто продвинулся к совершенству. Но он не разгласил того, что не должно было быть произнесено, и не записал иерофанического учения Господа, однако добавил к записанным ранее деяниям другие. Более того, он ввел некоторые изречения, толкование которых, он знал, приведет слушателей в сокровенное святилище той истины, сокрытой за семью [завесами]. Короче говоря, он заранее подготовил материал, не проявив ни скрытности, ни неосмотрительности (с моей точки зрения), и после смерти оставил свой труд церкви в Александрии, где он сейчас весьма надежно хранится, доступный для чтения только тем, кого посвящают в великие таинства» (!)
В другом месте об "иерофаническом", духовном учении Христа, этот апологет прямо пишет: «...Наивысшее познание, передаваясь из рода в род, без посредства каких-либо особых писаний и ранее всех сообщенное немногим из апостолов, дошло по преемству, и до нас», то есть оно не вошло в Новый Завет, представляет собой устную духовную традицию и передано "лишь немногим" из апостолов.
В следующем сообщении я пару слов скажу об "апостольском христианстве".
TenOtcaGamleta
Уважаемые читатели,
обдумывая, с чего бы начать сообщение об посланниках, апостолах - как они показаны в Новом Завете, открыл книгу "Деяния святых Апостолов", ибо где же еще мы можем почерпнуть о них сведения?! Открыл и в самых первых стихах первой же главы, что же я там вижу?!
Картину, которую вы сами лично могли лицезреть в беседах на нашем подфоруме длительное время.
Она прекрасно и наглядно иллюстрирует суть вопроса, впрочем судите сами:
Первую книгу написал я к тебе, Феофил, о всем, что Иисус делал и чему учил от начала до того дня, в который Он вознесся, дав Святым Духом повеления Апостолам, которых Он избрал, которым и явил Себя живым, по страдании Своём, со многими верными доказательствами, в продолжение сорока дней являясь им и говоря о Царствии Божием.И, собрав их, Он повелел им: не отлучайтесь из Иерусалима, но ждите обещанного от Отца, о чём вы слышали от Меня, ибо Иоанн крестил водою, а вы, через несколько дней после сего, будете крещены Духом Святым. Посему они, сойдясь, спрашивали Его, говоря: не в сие ли время, Господи, восстановляешь Ты царство Израилю?(!)
Он же сказал им: не ваше дело знать времена или сроки, которые Отец положил в Своей власти, но вы примете силу, когда сойдёт на вас Дух Святой; и будете Мне свидетелями в Иерусалиме и во всей Иудее и Самарии и даже до края земли. Сказав сие, Он поднялся в глазах их, и облако взяло Его из вида их.
Друзья, я поначалу не поверил своим глазам! Без малого две тысячи лет прошло, но они не меняются!
Иисус три года учил их Царству Небесному и, как говорят Деяния, еще сорок дней до Вознесения, но Его "апостолы", как завороженные, все спрашивали Его о царстве земном, показывая свой уровень понимания учения! Царстве Израилевом, а впоследствии земной Империи, о которой они пеклись более чем о спасении души путем познания Отца, обретения Царства Божьего и что мы видим и слышим от их последователей тысячи лет даже до сего дня! Не обманывают ортодоксы, их церковь действительно "апостольская" и действительно, родилась в Пятидесятницу, обеспечив в мифе прикрытие "таинства" схождения Святого Духа на них всех вместе. Кто же в это поверит?!
Те, кто якобы три года ежедневно слышал живого Иисуса, постоянно сопровождая Его на земном Пути - не поняв ровным счетом ничего из услышанного за все время (что четко видно из Евангелий и я вам это покажу), вдруг в одночасье "исполнились Духа Святого" и продолжили служить земному...
"Если Я сказал вам о земном, и вы не верите, - как поверите, если буду говорить вам о небесном?...
... Не собирайте себе сокровищ на земле, где моль и ржа истребляют и где воры подкапывают и крадут, но собирайте себе сокровища на Небе, где ни моль, ни ржа не истребляют и где воры не подкапывают и не крадут, ибо где сокровище ваше, там будет и сердце ваше.
Не поверили и собирают.
О камне, на основании из которого воздвигнута кафолическая церковь, Симону (Кифе) - апостоле Петре, Иисус со свойственной Ему прямотой говорил ему в глаза:
«Отойди от Меня, сатана! ты Мне соблазн! потому что думаешь не о том, что́ Божие, но что́ человеческое» (Мф 16:23; ср. Мк 8:33 и Лк 4:8)
Ни добавить, ни убавить! И еще:
И сказал Господь: Симон! Симон! се, сатана просил, чтобы сеять вас как пшеницу, но Я молился о тебе, чтобы не оскудела вера твоя; и ты некогда, обратившись, утверди братьев твоих...
Но Он сказал: говорю тебе, Петр, не пропоет петух сегодня, как ты трижды отречешься, что не знаешь Меня.
(Мф.26,34; Мк.14,30; Ин.13,38).
"Те, кто со Мной не понимают Меня!", такова горькая правда об апостолах словами самого Христа, показанная в Евангелиях Нового Завета.
Я продолжу.