Ересь гностицизма и .....
271064
405
Pravsib
Он же, Отец, желая явить Свое богатство и Свою славу, установил великое состязание в этом мире, желая, чтобы явились участники состязания, и все борющиеся оставили возникшее и презрели его в знании о Вышнем, непостижимом, и бежали к Существующему.
И невежество борющихся с нами, будучи противниками, борющимися против нас, мы побеждаем своим Знанием, провидя Непостижимого, из Которого мы вышли.
И у нас нет ничего в этом мире, чтобы власть мира, возникшая, не удерживала нас в мирах, которые на небе, в которых пребывает вселенская смерть...
Ещё [мы] стали опозорены в мире, и нет нам заботы о них, когда они злословят нас, и забываем о них, когда они проклинают нас, стыдя нас в лицо. Мы наблюдаем за ними и не говорим, ибо они делают свое дело.
Мы же ходим в голоде и жажде, ожидая своей обители, места, которого ожидают наша жизнь и наша совесть.
Мы не тянемся к возникшему, но отвращаемся от него, и сердца наши остаются у Существующего.
Мы больны, слабы и страдаем, но великая крепость скрыта в нас. Наша душа больна, ибо пребывает в доме нищеты, и вещество бьет ее по глазам, желая сделать слепой.
Поэтому она следует за словом, она дает его своим глазам как лекарство, открывая их...
Так и мы сами пребываем в мире сем как рыбы, противник же бдителен против нас, подстерегая нас, как рыбак, желая уловить нас, радуясь, что поглотит нас. Ведь [он бросает] перед нашими глазами множество пищи от мира сего, желая, чтобы мы захотели одной из них и попробовали только немножко, и он уловит нас своим тайным ядом, и вынесет нас из свободы, и заберет нас в рабство. Ведь если он уловит нас одной пищей, необходимо, чтобы мы захотели и остального, в конце же это становится пищей смерти.
И это пища, которой ловит нас дьявол. Сначала он бросает печаль в твое сердце, пока ты не опечалишься о мелочах этой жизни, и он не уловит <тебя> своими ядами. И после этого похоть одежды, чтобы ты хвалился собой в ней, и сребролюбие, похвальба, гордыня, зависть, завидующая другой зависти, красота телесная, мошенничество. Главные из них всех невежество и безделье.
И так все это противник подготавливает удобно, и раскладывает перед телом, желая, чтобы сердце души обратилось на одну из них, и топит ее, как крючок, насильно увлекая ее в невежество, обманывая ее, пока она не зачнет зло и не родит плоды вещества, и не станет жить в скверне, следуя за множеством похотей и корыстей, и сласть плотская не увлечет ее в невежество.
А душа, испробовавшая это, поняла, что страсти сладкие временны. Получив Знание о зле, она унеслась от них и появилась в новой жизни. После этого она презирает эту временную жизнь и ищет пищи, которая заберет ее в Жизнь, и оставляет пищу коварства, и получает Знание о своем Свете.
Она идет, совлекаясь мира сего, и ее одежда истинная облекает ее изнутри, и ее одеяние брачное надето на нее в красоте сердца, а не в превозношении плоти. Она получает знание о своей Глубине и входит в свое жилище, и ее Пастырь стоит в дверях. Взамен всех позоров и бесчестий, которые она приняла в мире сем, она получает мириаду раз милость и славу.
Она отдала тело тем, кто дал его ей, и они посрамлены, и торговцы телами сидят, плача, ибо они не смогли нажиться на этом теле и не нашли никакого дела, кроме этого. Они предприняли великие труды, пока не изготовили тело для этой души, желая низложить незримую душу. Они были посрамлены в своем деле; они потеряли то, ради чего трудились. Они не поняли, что у нее духовное, незримое тело.
Достоверное Слово (Αυθεντικος Λογος) NHC VI, 3
Достоверное Слово
Думая: Мы ее пастырь, пасущий ее, — они не поняли, что она знает иной путь, скрытый от них, о котором ее истинный Пастырь научил ее в знании. Эти же, невежественные, не ищут Бога и не разыскивают своей обители, пребывающей в покое, но ходят в скотстве. Они намного хуже язычников, ибо, во-первых, они не разыскивают Бога, поскольку их ожесточение влечет их к беспощадности, чтобы они творили ее. И еще, если они находят иного, спрашивающего о своем спасении, их ожесточение действует против этого человека, и, если он не замолчит, спрашивая, они убивают его своей беспощадностью, думая, что делают добро для себя.
Впрочем, это сыны дьявола. Ибо даже язычники дают милостыню и знают, что Бог, Который в небесах, существует — Отец всего, превосходящий их идолов, которым они поклоняются, но они не слышали слова, чтобы разыскивать Его пути.
Так и человек безрассудный слышит призыв, но остается незнающим о месте, в которое его призывают. И он не спросил во время проповеди: В каком месте храм, в который я войду поклониться своей Надежде? — Из-за своего безрассудства он намного хуже язычника, ведь язычники знают дорогу в свой тленный каменный храм и поклоняются своему идолу, и их сердца пребывают на нем, ибо он — их надежда.
Безрассудному же слово было проповедано, научая его: Ищи и разыскивай пути, по которым ты пойдешь, и нет иного дела, благого, как это дело, — чтобы, поскольку сущность ожесточения поражает его разум с действием невежества и божеством заблуждения, и они не позволяют его разуму подняться, — чтобы он утрудился, разыскивая и познавая свою надежду.
Душа же разумная потрудилась, вопрошая. Она получила знание о Боге, она мучилась, разыскивая, страдая в теле, направляя свои стопы к благовестникам, получая знание о Неисследимом. Она нашла свой восток, упокоилась в Покоящемся, возлегла в брачном чертоге, вкусила от пиршества, которого алкала, приняла от бессмертной пищи, нашла Того, Кого искала.
Она упокоилась от своих трудов, и Свет, сияющий над ней, не заходит, — Тот, Которому принадлежат слава, власть и откровение во веки веков.
Здравствуйте, Друзья!
Pravsib
Как это ни покажется парадоксальным, но историческая заслуга государственной церкви состоит в том, что, отвергнув и преследуя тайную традицию, официальная христианская цивилизация создала в подполье "контркультуру", которая не имела до сих пор аналогов. Отвергнутый системой индивид был вынужден отвечать тем же, и именно это стало причиной роста радикально индивидуального сознания.
Дохристианская инициация ставила целью встроить индивида в коллективный миф. Но ее изгнание из ортодоксальной церкви сделало важную вещь: инициация стала направлена на прямо противоположную цель – сотворение «Иного» индивида, индивида независимого от коллективного мифа. Аллогена!
Индивида, способного освободиться от всех навязанных ему ограничений для того, чтобы самостоятельно выстроить свою этику и свою культуру. Потенциальная масса сопротивления ортодоксии накапливалась век за веком и, в конце концов, взорвала не только саму ортодоксию, но и ее идеи авторитаризма, деспотии и самодержавия. Высший индивид, христианин-гностик, пневматик, который был бы элитой культуры дохристианской, в официальной христианской культуре не находил себе места.
Помимо ранних религиозно-философских движений манихеев, павликиан, богомилов и катар, взрыв произошел в эпоху Ренессанса, когда преследуемые "ереси" в определенный момент исподволь захватили умонастроения преследователей. Мистическое, мистериальное сознание было возрождено и, несмотря на неизбежный культурный откат в виде протестантизма и контр-реформации, именно герметическая и платоническая философия дала колоссальный толчок развитию науки и либеральной культуре. В конечном счете, уже в 18-м веке устами Локка было провозглашено главное:
"Мои отношения с Богом не касаются никого кроме меня и Бога!", – это категорический императив культурного человека современности. Уже в этой фразе в центр выносится противопоставление религии коллективной "веры" и индивидуального мировоззрения, основанного на знания.
Первыми же его представителями были именно первоначальные христиане - гностики.
Вот почему гностик является «самым опасным человеком на земле». Они держат вирус свободы, вирус, который разрушает стены тюрем и сект, саму тюрьму мира сего, поместив Дух индивида в центр Бытия.
Человек - Первообраз Абсолюта, а не раб материи, условностей, мифов и тем более, себе подобных.
Вот почему мы видим отовсюду такой оскал против гуманизма, образования и философии. Такую ненависть к личной свободе и мнению. Это оскал самого князя мира сего, наблюдаемый через его творения.
Я выше цитировал из книги Бытия тезисы "грехопадения", где видно что самой причиной "грехопадения" явилось совсем не ослушание, а природная тяга и вожделение Человека к знаниям, к познанию Добра и Зла, ибо "станете как Боги"! Бог ревнивец не желал людям ни быть равными себе, ни вечной Жизни и сковал их законами вещества. До вкушения плодов Истины люди пребывали в "Раю" - в животном, бессознательном состоянии и даже не могли знать, что они "наги", как и все животные ничуть не стесняются наготы своей.
Дело не в наготе, а в осознании себя. Но люди предпочли иметь Разум и различать Добро от Зла, чем послушно пребывать в состоянии неведения.
Животные познав Истину потеряли Рай и ожили, осознав себя Человеком, подобными Творцу!
Адам и Ева - первые гностические христиане, первые бунтовщики против Тюремщика, захотевшего держать их в рабстве невежества, - поскольку Змей в легенде из книги Бытия, во второй главе, является очевидным прообразом Христа. Искра Света внутри них и Зов Змея-Христа позволили им вкусить плодов познания и стать как Боги, за что они были брошены жестоким Иеговой в глубину "пещеры", материи, но осознали Себя и научились мыслить выше творца.
Слово "хитрый", лукавый, по отношению к змею - неверный перевод, правильно - умный.
Заново перечтите сами легенду о Творении человека из 1-й и 2-й глав книги Бытия, они совершенно разные и это отличие принципиально! Вам откроется поразительная новая реальность это творение разных людей, разными "богами"! "И познаете Истину и Истина сделает вас свободными!"
Тогда Иисус сказал ученикам Своим: если кто хочет идти за Мною, отвергнись себя, и возьми крест свой, и следуй за Мною, ибо кто хочет душу свою сберечь, тот потеряет её, а кто потеряет душу свою ради Меня, тот обретет её; какая польза человеку, если он приобретет весь мир, а душе своей повредит?
Евангелие от Матфея, гл. 16
Pravsib
Друзья,
хочу, в связи с ожидающим нас карантином и достаточным наличием свободного относительно времени, представить вам к прочтению великолепную работу, которая еще в далеком 91-м году поразила меня до глубины души! Просто перевернула мой внутренний мир и мое понимание мироздания.
Это замечательный пример гнозиса 20-го века, "Роза Мира" Даниила Андреева:
http://rozamira.org/rm/htm/
Я смело рекомендую ее вам к прочтению! Это не занудное научное исследование искушенного в субахмимском диалекте коптолога или академика семитолога-библеиста, а написанное живым человеком в условиях лагерей просто таки поэтическое произведение, чудом сохранившееся от уничтожения, открывающее невероятный полет мысли и глубину прозрения талантливого писателя! Вот как пишет он сам:
Эта книга начиналась, когда опасность неслыханного бедствия уже нависала над человечеством; когда поколение, едва начавшее оправляться от потрясений второй мировой войны, с ужасом убеждалось, что над горизонтом уже клубится, сгущаясь, странная мгла – предвестие катастрофы ещё более грозной, войны ещё более опустошающей.
Я начинал эту книгу в самые глухие годы тирании, довлевшей над двумястами миллионами людей. Я начинал её в тюрьме, носившей название политического изолятора. Я писал её тайком. Рукопись я прятал, и добрые силы – люди и не люди – укрывали её во время обысков. И каждый день я ожидал, что рукопись будет отобрана и уничтожена, как была уничтожена моя предыдущая работа, отнявшая десять лет жизни и приведшая меня в политический изолятор.
Книга «Роза Мира» заканчивается несколько лет спустя, когда опасность третьей мировой войны не поднимается уже, подобно мглистым тучам, из-за горизонта, но простёрлась над нашими головами, закрыв зенит и быстро спускаясь от него вниз, по всем сторонам небосклона.
«А может быть, обойдётся?» – Такая надежда теплится в душе каждого, и без подобной надежды нельзя было бы жить. Одни пытаются подкрепить её логическими доводами и активными действиями. Некоторые ухитряются убедить самих себя в том, будто опасность преувеличивается. Третьи стараются не думать о ней совсем, погружаясь в заботы своего маленького мирка и раз навсегда решив про себя: будь, что будет. Есть и такие, в чьей душе надежда тлеет угасающей искрой, и кто живёт, движется, работает лишь по инерции.
Я заканчиваю рукопись «Розы Мира» на свободе, в золотом осеннем саду. Тот, под чьим игом изнемогала страна, давно уже пожинает в иных мирах плоды того, что посеял в этом. И всё-таки последние страницы рукописи я прячу так же, как прятал первые, и не смею посвятить в её содержание ни единую живую душу, и по-прежнему нет у меня уверенности, что книга не будет уничтожена, что духовный опыт, которым она насыщена, окажется переданным хоть кому-нибудь.
«А может быть – обойдётся, тирания никогда не возвратится? Может быть, человечество сохранит навеки память о страшном историческом опыте России?» – Такая надежда теплится в душе всякого, и без этой надежды было бы тошно жить.
Но я принадлежу к тем, кто смертельною ранен двумя великими бедствиями: мировыми войнами и единоличной тиранией. Такие люди не верят в то, что корни войн и тираний уже изжиты в человечестве или изживутся в короткий срок. Может быть отстранена опасность данной тирании, данной войны, но некоторое время спустя возникнет угроза следующих. Оба эти бедствия были для нас своего рода апокалипсисами – откровениями о могуществе мирового Зла и о его вековечной борьбе с силами Света. Люди других эпох, вероятно, не поняли бы нас; наша тревога показалась бы им преувеличенной, наше мироощущение – болезненным. Но не преувеличено такое представление об исторических закономерностях, какое выжглось в человеческом существе полувековым созерцанием и соучастием в событиях и процессах небывалого размаха. И не может быть болезненным тот итог, который сформировался в человеческой душе как плод деятельности самых светлых и глубоких её сторон.
Я тяжело болен, годы жизни моей сочтены. Если рукопись будет уничтожена или утрачена, я восстановить её не успею. Но если она дойдёт когда-нибудь хотя бы до нескольких человек, чья духовная жажда заставит их прочитать её до конца, преодолевая все её трудности, – идеи, заложенные в ней, не смогут не стать семенами, рождающими ростки в чужих сердцах.
Уверен, всякий, кто даст себе удовольствие ознакомиться с этим произведением, уже никогда не останется прежним! Подобный взгляд на мироздание основан на истинно-христианской, гностической основе!
От себя добавлю, что "Сказка - ложь, да в ней - намек! Добрым молодцам урок!"

Приятного вам прочтения!
TenOtcaGamleta
Происхождение зла...
Если миф о восстании и падении Люцифера рассматривать в применении к духовной истории Шаданакара, он потеряет смысл. Никаких событий в метаистории нашей планеты, которые могли бы быть отражены в событиях этого мифа, не совершалось никогда. Совершилось однажды, весьма давно, нечто иное, о чём воспоминания, хотя и очень искажённые, сохранились в некоторых других мифах, например – в сказании о бунте титанов. Об этом, впрочем, предстоит говорить подробнее в другой связи. Что же до легенд, связанных с восстанием и падением Люцифера, то эти события совершились некогда в плане вселенском, в превышающих все категории нашего разума масштабах той макробрамфатуры, которая объемлет Вселенную. Совершилось то, что, будучи переведено духовидцами древности в плоскость эпохальных человеческих понятий, отлилось в этот миф. Эпохальные понятия отмерли, масштабы наших представлений расширились неизмеримо, и если теперь мы хотим уловить в этом мифе бессмертное и истинное семя идеи, мы должны пренебречь всем эпохальным, внесённым в него, и остановиться лишь на одном центральном факте, им утверждаемом.
2.3.15 Естественно, что сознание даже мудрейших в те времена отстояло от теперешних представлений об объёмах и структуре Вселенной так далеко, что ведение вселенского, просачивавшееся в их сознание благодаря усилиям невидимых друзей их сердца, сдавливалось, стискивалось в тесном объёме их эмпирического опыта, их сильного, но не обогащённого и не истончившегося ума. Впрочем, мало чем легче и задачи того, кто ныне пытается выразить в человеческих понятиях и словах хоть отзвук вселенской тайны о восстании так называемого Денницы. Такая попытка состояла бы из двух стадий: в выискивании в океане наших понятий именно тех, которые ближе других к отражению этой запредельной реальности – во-первых; в выискивании в океане нашего языка таких словосочетаний, которые в состоянии хоть сколько-нибудь отразить, в свою очередь, эти ускользающие понятия – во-вторых. Но такая работа связана с органическим ростом личности и её вселенского опыта. Её нельзя форсировать по собственной прихоти. Я чувствую себя находящимся лишь в начале этой работы. Поэтому говорить что-либо о вселенских событиях этого порядка я не могу, кроме обнажённой констатации некогда совершившегося факта: в незапамятной глубине времён некий дух, один из величайших, называемый нами Люцифером или Денницей, выражая неотъемлемо присущую каждой монаде свободу выбора, отступил от своего Творца ради создания другой вселенной по собственному замыслу. К нему примкнуло множество других монад, больших и малых. Создание ими другой вселенной началось в пределах этой. Они пытались создавать миры, но эти миры оказывались непрочны и рушились, потому что, восстав, богоотступнические монады этим самым отвергли любовь – единственный объединяющий, цементирующий принцип.
Показать спойлер
Вселенский план Провидения ведёт множество монад к высшему единству. По мере восхождения их по ступеням бытия формы их объединений совершенствуются, любовь к Богу и между собой сближает их всё более. И когда каждая из них погружается в Солнце Мира и со-творит Ему – осуществляется единство совершеннейшее: слияние с Богом без утраты своего неповторимого Я.

2.3.17 Вселенский замысел Люцифера противоположен. Каждая из примкнувших к нему монад – только временная его союзница и потенциальная его жертва. Каждая демоническая монада, от величайших до самых малых, лелеет мечту – стать владыкою Вселенной: гордыня подсказывает ей, что потенциально сильнее всех – именно она. Ею руководит своего рода «категорический императив», выражаемый до некоторой степени формулой: есмь Я и есть не-Я; всё не-Я должно стать мною; другими словами, всё и все должны быть поглощены этим единственным, абсолютно самоутверждающимся Я. Бог отдаёт Себя; противобожеское начало стремится вобрать в себя всё. Вот почему оно есть, прежде всего, вампир и тиран, и вот почему тираническая тенденция не только присуща любому демоническому Я, но составляет неотъемлемую его черту.

2.3.18 Поэтому демонические монады объединяются временно между собой, но, по существу, они соперники не на жизнь, а на смерть. С захватом локальной власти их группою скоро вскрывается это противоречие, начинается взаимная борьба и побеждает сильнейший.

2.3.19 Трагичность для демонов хода космической борьбы обусловлена ещё и тем, что Господь творит новые и новые монады, демоны же неспособны сотворить ни одной, и соотношение сил непрерывно увеличивается не в их пользу. Новых отпадений не совершается и не совершится больше никогда, этому есть абсолютные гарантии, и я глубоко сожалею, что исключительная трудность этой проблемы не позволяет мне найти нужный ряд понятий для того, чтобы изложить её сколько-нибудь вразумительно. Во всяком случае, все демонические монады – очень древнего происхождения, все они – давние участники великого восстания. Правда, совершались и позже, совершаются и теперь – не отпадения, а нечто, внешне схожее: высокосознательное существо, иногда даже целая группа их, временно противопоставляют себя Провиденциальной воле. Но этот богоборческий выбор совершается не самою монадою, а низшим Я, душевным, ограниченным сознанием. Поэтому богоборческая деятельность его протекает не в духовном мире, но в материальных мирах, подвластных, по воле самих же демонов, закону возмездия. Этим самым бунт оказывается заранее обречён, совершивший его вступает на длительный путь искупления.

2.3.20 Постепенно, в ходе борьбы, безуспешность попыток демонических сил создать собственную вселенную стала уясняться ими самими; продолжая создавать отдельные миры и прилагая неимоверные усилия к упрочению их существования, они в то же время поставили перед собой и другую цель: завладеть мирами уже существующими или ныне творящимися Провиденциальными силами. Отнюдь не разрушение миров, а именно завладение ими – такова их цель, но разрушение миров – объективное следствие подобного завладения. Лишённые объединяющего принципа любви и сотворчества, цементируемые лишь противоречивым принципом насилия, миры не могут существовать сколько-нибудь длительное время. Есть разрушающиеся галактики. И когда астрономические наблюдения внегалактических туманностей охватят более длительный период, чем сейчас, процессы этих мировых катастроф приоткроются взору науки. Есть погибшие и погибающие планеты: Марс, Меркурий, Плутон – руины брамфатур; все монады Света были изгнаны из этих систем, подпавших демоническому господству, вслед за чем последовала завершающая катастрофа и демонические полчища оказались бесприютно мечущимися в мировом пространстве в поисках нового объекта вторжения.

2.3.21 Но есть макробрамфатуры и целые галактики, вторгнуться в которые силам восставшего не удалось. Внутри нашей Галактики системою, полностью освободившейся от демонических начал, является Орион – макробрамфатура необычайного могущества духовного Света. Тот же, кто будет созерцать в рефлектор великую туманность Андромеды, увидит воочию другую галактику, не знавшую демонических вторжений никогда. Это мир, с начала до конца восходящий по ступеням возрастающих блаженств. Среди миллионов галактик Вселенной таких миров немало, но наша Галактика, к сожалению, не входит в их число. Давно низвергнутые из макробрамфатуры Вселенной, силы Восставшего ведут в мирах нашей Галактики безостановочную, неустанную, миллионы форм приобретающую борьбу против сил Света; ареной борьбы оказался и Шаданакар.

2.3.22 Он стал такою ареною ещё в те отдалённые времена, когда в Энрофе Земля представляла собой полурасплавленный шар, а другие слои Шаданакара, исчислявшиеся ещё однозначными цифрами, только создавались великими иерархиями макробрамфатур. Там не было закона взаимопожирания: там, в мирах существ, которые теперь нам известны под общим именем ангелов, господствовал принцип любви и дружбы всех. Не было закона смерти: каждый переходил из слоя в слой путём материальной трансформы, свободной от страдания и не исключавшей возможности возврата. В этих мирах, тогда обладавших только тремя измерениями пространства и, следовательно, почти таких же плотных, как Энроф, не было, однако, закона возмездия: совершённые ошибки исправлялись с помощью высших сил. Проблески воспоминаний об этом, из сокровищниц глубинной памяти поднимавшиеся в сознание древних мудрецов, но сниженные и упрощённые их сознанием, привели к кристаллизации легенды об утраченном рае. В действительности, не рай, а прекрасная заря, и не над земным Энрофом, тогда ещё лишённым органической жизни, а над миром, который теперь называется Олирной, сияла тогда и сохранилась в памяти тех немногих человеческих монад, которые не явились в Шаданакар позднее, как большинство, а начинали в нём свой путь во времена, более давние, чем древность, и не в Энрофе, а в ангельской Олирне. Это содружество праангелов можно назвать, в известном смысле, первым человечеством Шаданакара.

2.3.23 Великий демон, один из сподвижников Люцифера, вторгся в Шаданакар с полчищами меньших. Имя его Гагтунгр. То была длительная и упорная борьба; она увенчалась его частичной победой. Изгнать силы Света из брамфатуры ему не удалось, но удалось создать несколько демонических слоёв и превратить их в неприступные цитадели. Ему удалось вмешаться в процесс возникновения и развития жизни в земном Энрофе и поставить на животном царстве свою печать. Планетарные законы, с помощью которых начинали создавать органическую жизнь в Энрофе силы Света, неузнаваемо исказились. Ложно и кощунственно приписывать Божеству законы взаимопожирания, возмездия и смерти. «Бог есть Свет и нет в Нём никакой тьмы».

2.3.24 От Бога только спасение. От Него только радость. От Него только благодать. И если мировые законы поражают нас своей жестокостью, то это потому, что голос Бога возвышается в нашей душе против творчества Великого Мучителя. Взаимная борьба демонических монад, победа сильнейшего, а не того, кто более прав, и низвержение побеждённого в пучину мук – этот закон люциферических сил отобразился на лице органического мира Энрофа, выразившись здесь в законе «борьбы за существование». Всякое страдание существа, всякая его боль и мука дают излучение – и здесь, в Энрофе, и там, в мирах посмертия. Всякое его чувство, всякое волнение его душевного естества не может не давать соответствующего излучения. Излучения злобы, ненависти, алчности, похоти животных и людей проникают в демонические слои, восполняя убыль жизненных сил у различных классов и групп их обитателей. Но этих излучений едва достаточно, чтобы они восполняли убыль сил именно у отдельных демонических сообществ. Зато излучение страдания и боли – оно называется гаввах – способно насыщать гигантские толпы демонов почти всех видов и рангов. По существу, гаввах – их пища. Налагая свою лапу на законы Шаданакара, Гагтунгр искажал их так, чтобы породить и умножить страдание. Он делал их тягостными, жестокими, нестерпимыми. Он воспрепятствовал водворению в Энрофе закона трансформы; как равнодействующая обоих борющихся начал, возникла смерть и стала законом. Он воспрепятствовал принципу всеобщей дружбы; как равнодействующая обеих сил, появилось взаимопожирание и стало законом жизни. И, наконец, демонические силы вмешались в жизнь других слоёв Шаданакара – тех, через которые пролегал путь существ, хоть раз воплотившихся в земном Энрофе: эти слои были обращены в миры возмездия, где царствуют мучители, впивая страдания страдальцев. Среди различных видов гавваха особое значение имеет тот, который связан с истечением физической крови. Когда кровь людей и животных вытекает из организма, то в первые минуты этого процесса она выделяет жгучее излучение особой силы. Поэтому некоторые классы демонов заинтересованы не столько в смерти живых существ Энрофа и не в загробном страдании их душ, сколько именно в кровопролитиях. Ни одно кровопролитие в истории не происходило и не происходит без неосознанного нами внушения этих потусторонних кровопийц. И кровавые жертвоприношения в некоторых древних культах были ужасны не только своей жестокостью, но и тем, что питали собою отнюдь, конечно, не богов, а именно этих демонов.

2.3.25 Для восполнения сил Света Планетарным Логосом – первой и величайшей монадой Шаданакара – был создан новый слой и положено начало новому человечеству. Энроф был оставлен животному царству; новый же слой населился титанами, обликом напоминавшими нас, но огромными и великолепными. В мире, напоминавшем Энроф, только пока ещё сумрачном, их светящиеся фигуры двигались на фоне сине-серого, свинцового неба, по склонам и выгибам пустынных гор, их совершенствуя. Человечество титанов исчислялось несколькими тысячами. Пола они были лишены, рождение новых не связывалось с союзом двух старших никак. Но Гагтунгр сумел вызвать их бунт против Промысла. Идея их заключалась в том, что они – семя и ядро нового мирового начала, третьего, противостоящего и Богу, и демонам. Они жаждали абсолютной свободы своих Я, но жестокость и злобу демонов ненавидели. Бунт завершился тем, что силы Гагтунгра, пользуясь законом возмездия, вовлекли души титанов в глубокие мучилища. Там длилась их пытка свыше миллиона лет, пока, с помощью Провиденциальных сил, им не удалось вырваться из плена. Теперь большинство из них совершают свой путь среди человечества, выделяясь на общем фоне масштабом своей личности и особым сумрачным, хотя отнюдь не тёмным её колоритом. Их творчество отмечено смутным воспоминанием богоборческого подвига, как бы опалено древним огнём и поражает своею мощью. От демонических монад их дух отличен порывом к Свету, презрением к низменному и жаждой божественной любви*.
* Из числа деятелей мировой культуры я мог бы назвать несколько таких имён: Эсхил, Дант, Леонардо, Микеланджело, Гёте, Бетховен, Вагнер, Ибсен, Лермонтов, Лев Толстой.

2.3.26 В последние тысячелетия до Христа могущество Гагтунгра было так велико, что в потусторонних слоях многих метакультур человечества у возмездия был отнят его временный характер. Выход из страдалищ был для мучающихся наглухо закрыт и у них отнята надежда.

2.3.27 Этот закон возмездия, железный закон нравственных причин и следствий – тех следствий, которые могут проявляться и в текущей жизни, но во всей полноте проявляются в посмертии и даже в следующих воплощениях, – можно назвать индийским термином карма. Карма есть такая же равнодействующая двух противоположных воль, как закон смерти и закон борьбы за существование. Если бы демонические силы не встречали постоянных препятствий со стороны своих врагов, законы были бы ещё тяжелее, потому что демоническая цель законов – порождать гаввах и парализовать проявления подпавших им душ Света. У законов есть и другая сторона, это – их очищающее значение. Это остаток древнейших светлых празаконов миротворивших прекрасных иерархий; цель этих иерархий и всех светлых сил Шаданакара – смягчение и просветление законов; цель демонических – ещё большее их утяжеление.

2.3.28 Замысел Провидения – спасение всех жертв. Замысел Гагтунгра – превращение всех в жертвы.

2.3.29 Богочеловечество следующего мирового периода будет добровольным единением всех в любви. Дьяволочеловечество – по-видимому, его не удастся избежать в конце текущего периода – будет абсолютной тиранией одного.

2.3.30 Космос есть поприще становящихся монад. Антикосмос – всемирный союз соперников и скопище ущерблённых светлых монад, пленённых ими в мирах, над которыми господствуют демоны. У этих пленников отнят священнейший их атрибут: свобода выбора.

2.3.31 Несоизмеримостью своих масштабов с масштабами Люцифера вселенной Гагтунгр не смущен: он, как и все демонические монады, понимает свою малость лишь как стадию. Слепая вера в безграничное своё возрастание и победу неотъемлема от его Я. Так верит в свой грядущий макрогалактический триумф любая из этих монад, сколь бы миниатюрна она ни была в настоящее время и какое подчиненное место ни занимала бы в иерархии восставших. Поэтому любая из них, и Гагтунгр в том числе, – тиран не только в идеале и не только в данный момент, но и на каждой стадии в той мере, в какой это позволяет власть, достигнутая на этой стадии. Тирания вызывает такое обильное выделение гавваха, как никакой другой принцип водительства. Впивание гавваха увеличивает запас демонической мощи. Если бы демон стал восполнять убыль своих сил за счёт вливания других психических излучений – радости, любви, самоотвержения, религиозного благоговения, восторга, счастия, – это переродило бы его естество, он перестал бы быть демоном. Но он не хочет именно этого. И тиранией, только тиранией может он обуздать центробежные силы внутри подчинившихся ему демонических множеств. И потому же совершаются иногда в метаистории (а отражённо – и в истории) акты отпадения и обратного восстания отдельных демонических монад против Гагтунгра. Подобные восстания поддержаны силами Света не могут быть, ибо любая из таких монад есть в потенции такой же планетарный демон; если бы она оказалась сильнее Гагтунгра, она сделалась бы ещё большим мучителем, чем он. Не надо, впрочем, забывать, что не столь уж редки случаи восстания отдельных демонических монад не против Гагтунгра как такового, а против демонического миропорядка вообще. Такие восстания – не что иное, как обращение демонических монад к Свету, и ясно, что им оказывается тогда всемерная помощь Провиденциальных сил.

2.3.32 При всей сатанинской мудрости мировых замыслов Гагтунгра, замыслы эти зыбки именно вследствие указанных причин, ибо шансы обуздать все демонические монады мира, и в будущем самого Люцифера, для планетарного демона исчезающе малы.
Показать спойлер

Но неутолимое стремление ко вселенскому господству составляет источник единственно понятных ему радостей: он испытывает подобные радости всякий раз, когда малейшая частная победа кажется ему шагом, приближающим к конечной цели. Победы же эти заключаются в порабощении других монад или их душ: демонических – как полусоюзников, полурабов, светлых – как узников и объектов мучительства. Насколько Гагтунгр может вообразить космическое грядущее, он рисует самого себя как некое солнце, вокруг которого бесчисленные монады вращаются по концентрическим кругам, одна за другою падая в него и поглощаясь, – и постепенно вся Вселенная приходит в это состояние вращения вокруг него, погружаясь, мир за мирами, в чудовищно разбухшую гипермонаду. Вообразить дальнейшее демонический разум бессилен. Меньшие из этих монад не способны нарисовать даже и такого апофеоза. Незыблемо веруя в свою конечную победу над Вселенной, они сосредоточивают волю и мысль на более близких, легче представимых стадиях.
Уважаемые читатели, прошу не искать в данной работе точных параллелей с написанным мною раньше, точного соответствия терминологии! Писатель не исследователь библиотеки Наг Хаммади!
Это не научный труд, а провидческий взор автора! Он так увидел.
И мне эти мысли - нравятся!
TenOtcaGamleta
Друзья,
вынужден буду недельки две отсутствовать!
Надеюсь, у вас достаточно пищи для ума, тем более, что ее предоставляет сама жизнь!
1. Это слова сокровенные, которые сказал Иисус Живой. Записал их Дидим Иуда Фома. И он сказал, что нашедший истолкование этих слов не вкусит смерти.
2. Сказал Иисус: Пусть ищущий не перестаёт искать, пока не найдёт. И когда найдёт, он возмутится.
И когда возмутится, он удивится и воцарится над всем.
3. Сказал Иисус: Если скажут вам ведущие вас: «вот, царство в небе», – птицы небесные опередят вас. Если они скажут, что оно в море, рыбы опередят вас, но царство внутри вас и вне вас.
4. Когда вы познаете себя, тогда вы будете познаны, и поймёте, что вы дети Отца Живого.
5. Если же не познаете себя, то вы пребываете в бедности, и вы – нищета.
Евангелие от Фомы
http://xpectoc.com/biblioteka-tekstov/perevody/biblioteka-nag-hammadi/2-kodeks/evangelie-ot-fomy-d.alekseev/

Жизнь обязательно победит!
Pravsib
Друзья, добрый вечер!
Еще раз затрону тему водного крещения в первоначальном христианстве.
«Парафраз Сима» содержит резкую критику крещения посредством физического погружения в воду. Вода, как символ мирового зла (Мрак есть Вода), не может быть средством очищения. Напротив, водное крещение есть «нечистое занятие», а совершающий этот обряд становится рабом Естества: «Ибо вода – это ничтожнейшее тело. И не отпускают людей, так как они связаны водой, как от начала был связан свет Духа. О, Сим! Они введены в заблуждение множеством форм демонов, полагая, что в нечистом водном крещении, которое темно, лживо, бесплодно и губительно, будут унесены грехи прочь. И они не знают, что из воды (происходят) и в воду (возвращаются) путы, заблуждение, нечистота, зависть, убийство, прелюбодеяние, лжесвидетельство, ереси, грабежи, страсти, многословие, гнев, горечь … Поэтому существуют многие воды, которые отягощают их мысль. Ведь я провозглашаю тем, у которых есть разум: (пусть) они прекратят нечистое крещение! И те, у которых есть разум от света Духа, не будут участвовать в нечистом деле! И разум их не угаснет, и они не будут прокляты. А воде они не воздадут славу. Там, где есть проклятие, есть недостаток, а слепота – там, где слава. Ведь смешиваясь с дурными, они становятся праздными в темной воде, так как там, где дают имя водой, (пребывает) Естество, проклятие, ложь и вред. Ведь только в нерожденном Духе, там, где упокоился высший Свет, не именуют (посредством) воды и не смогут именовать» [75, c. 37.14–38.25]. «Темные воды» в разных разделах особого материала «Обличения» олицетворяют мировое зло. В подтверждение этого тезиса автор комментария дважды (в разделах, посвященных «сифианам» и «ператам») приводит соответствующие строки из Гомера:
«Будьте свидетели мне, о, Земля, беспредельное Небо,
Стикса подземные воды, о, вы, величайшая клятва,
Клятва ужасная даже бессмертным...»
Авторитетное мнение Гомера о том, что даже языческие боги считали воду ужасной и отвратительной субстанцией, комментатор подкрепляет изречением Гераклита: «Это, утверждает (он), говорят не только поэты, но и даже мудрейшие из эллинов, и среди них один – Гераклит – говорит: «ведь вода является гибелью для душ» [55, c. 182; 36, c. 327]. Тем не менее, свидетельства язычников представляются автору комментария недостаточными и односторонними, поэтому он считает необходимым сослаться на библейский текст. В разделах, посвященных Симону, «наассенам» и «ператам» темные воды отождествляются с Красным морем, волны которого погубили войско фараона, и с рекой Иордан, течение которой препятствовало выходу евреев из Египта. Причина таковой «водобоязни» автора комментария коренится в категорическом неприятии обряда крещения в том виде, в каком этот обряд существовал в современной ему церковной практике. Водному, формальному крещению гностик-комментатор противопоставляет истинное, «духовное» крещение. Подлинное крещение, согласно комментатору, заключается не в погружении в воду, но в достижении истинного знания – «гнозиса». Обладание такого рода знанием дает человеку возможность выйти из под власти Творца, стать свободным и беспрепятственно выйти за пределы материального мира.
И. С. Егоренков, «Обличение всех ересей» Ипполита Римского как источник по истории гностического христианства.
Ознакомиться с самим источником - Парафраз Сима можно здесь:
http://xpectoc.com/biblioteka-tekstov/perevody/biblioteka-nag-hammadi/7-kodeks/parafraz-sima/
Pravsib
Здравствуйте, уважаемые читатели топа!
Хотелось бы буквально пару слов сказать в уточнение ряда понятий и указать на источники, связанных с так называемым сифианским "направлением" в первоначальном христианстве. Я позволю себе это сделать не своими словами, а материалами с дружественного ресурса, без выделения цитат.
Как вы уже понимаете, гностическое Христианство — религиозно-философское антикосмическое учение, провозглашающее единство духовной природы человека и Бога Истины, явленного во Христе. В Уме.
Сифиане — ранние христиане, которые почитали сына Адама и Евы - Сифа как своего духовного прародителя и спасителя. Адам, Ева и Сиф считались земной копией архетипических Отца, Матери и Сына (по модели классической сифианской триады Невидимый Дух-Барбело-Христос), истинной Троицы, о чем мы много говорили ранее. Небесный Сиф в некоторых источниках прямо отождествляется с Христом.
Показать спойлер
Сифианство примечательно богатым апокрифическим и легендарным материалом, согласно которому Сиф-Христос неоднократно воплощался на земле. В последний раз он воплотился в Иисусе Назорее. Воплощения Сифа обуславливались либо угрозой для исторических сифиан, либо фатальным угасанием знания. Фундаментальное содержание знания заключается в том, что материальный мир является темницей Духа, которой правят невежественные и злонамеренные ангелы или архонты. Отсюда вытекает свойственный сифианам антикосмизм.
Хотя сифианство преимущественно базируется на Библии, одной Библией это учение не ограничивается. Так, в череде пророков можно обнаружить Зостриана и Зороастра. Кроме того, сифиане составляли комментарии на диалоги Платона и в их учении можно обнаружить элементы близкие пифагорейству. Считается, что сифиане называли себя гностиками. Исследователи, которые до сих пор используют термин "гностики", склоны ныне употреблять его исключительно в отношении сифиан. Таким образом, сифианство было разновидностью раннего гностического христианства.
В свете относительно новых доказательств, сифиане оказали огромное влияние на метафизику Плотина, знаменитого основателя неоплатонизма, и его выдающего ученика Порфирия. Из биографии Плотина, написанной Порфирием (Жизнь Плотина 16), а также из собственного сочинения Плотина (Эннеады 2.9[33]), мы знаем, что он был знаком с гностиками. Также известно, что на семинарах Плотина были распространены гностические апокалипсисы. По общему признанию, сам Плотин, а вместе с ним и Порфирий с Амелием, истратили уйму времени, энергии и чернил на опровержение гностических взглядов, что указывает на их популярность среди семинаристов. Несмотря на столь ярое опровержение, в ранних работах Плотина обнаруживается очевидное сходство с гностическими взглядами. Благодаря обнаружению гностических кодексов, мы теперь располагаем древними коптскими переводами двух сифианских апокалипсисов (Аллоген и Зостриан), циркулировавших в кружке Плотина. Эти тексты относят к платонизирующим сифианским трактатам, ввиду обильного использования в них лексикона академического платонизма. Перспективный исследовать сифианства Дилан М. Бёрнс, исходя из того, что сифиане обладали доступом в Академию, предполагает, что их статус был чрезвычайно высок.
Порфирий пишет, что в кружке Плотина были "христиане", которые читали "апокалипсисы", написанные такими мудрецами, как "Зостриан", "Зороастр", "Аллоген", "Месс" и др. Некоторые тексты с идентичными названиями, — Зостриан и Аллоген, — были обнаружены в переводе на коптский в Наг-Хаммади, Египет, в 1945 году. Хотя эти тексты написаны в жанре откровений, они также глубоко сопричастны современному им неоплатонизму. Учёные в целом согласны, что по крайней мере один из этих текстов, Зостриан, демонстрировался оппонентами Плотина.
Эти апокалипсисы принадлежат к ветви гностицизма под названием "сифианство" (преимущественно из-за акцента на фигуре Сифа как просветителе и спасителе) - Зостриан (NHC VIII,1), Аллоген (NHC XI,3), Марсан (NHC X,1; возможно как-то связанный с Апокалипсисом Никофея) и Три Стелы Сифа (NHC VII,5). За исключением Трёх Стел, это апокалипсисы по типу 1 Енох, описывающие небесное путешествие одноимённых провидцев и получение ими небесных тайн. Пока ещё учёные часто приписывают этим текстам "языческое" или "не-христианское" происхождение, поскольку они не ссылаются на Писание или библейские фигуры, за исключением Адама и Сифа. Более того, они изобилуют жаргоном неоплатонизма.
Это правда, что "платонизирующие" сифианские тексты были написаны подготовленными философами платониками, но они также придерживаются неприемлемых позиций для любого эллинского платоника, но полностью согласуются с христианским платонизмом. Всплеск интереса к загробной жизни индивидуума, а не народа, подтверждается многими исследованиями.
Показать спойлер

Гностическим апокалипсисам, между тем, свойственны различные виды эсхатологий (как космическая, так и персональная). Сифианские тексты демонстрируют это разнообразие с очевидно "космическими" апокалипсисами в Апокалипсисе Адама (NHC V,5), Евангелии Египтян (NHC III,2/IV,2) и Троевидной Протеннойе (NHC XIII,1), причём "платонизирующие" трактаты имеют тенденцию к "персональной" эсхатологии, т.е. спасению душ. Непосредственно с источниками вы можете ознакомиться здесь:
Зостриан
Аллоген
Марсан
Тексты требуют подготовки и недюжинного кропотливого усвоения, поэтому рекомендуются для действительно интересующихся данной тематикой как образчики не-христианского гностицизма.
Конечно, как могут те, кто называли себя христианами и о которых - как о 100 % таковых, говорит сам Плотин, основываться на якобы "не-христианских" источниках?:) Таково вот нынешнее "христианство", что настоящие христианские тексты оказываются... не "христианскими". Не потому ли, что оно не от Ума, а от догмы?
Христос - Логос, Ум и все, что здраво и стремиться к Истине - есть истинно христианство.
На каком бы языке и в каком бы культурном коде оно не выражалось!
TenOtcaGamleta
Друзья, в некотором смысле Библией сифианского гностицизма является Апокриф Иоанна - документ прекрасно разработанный, без не читаемых строк, лакун и который уже при вашей подготовке будет прекрасно понят!
Я настоятельно рекомендую его буквально не к прочтению, а реальному изучению и запоминанию:
Апокриф Иоанна
Усвоение его терминологии, обдумывание его положений о Едином, Барбелло и Плероме, Софии и Демиурге, Архонтах и Властях, космогенезе, христологии, эсхатологии и антропологии обеспечит вам понимание трудных мест в остальных, вышеуказанных документах раннего христианства.
В нем вы найдете ответы на большинство вопросов, которые ставит перед вами жизнь и ваш Разум!
Уверяю вас, кто владеет христианским миропониманием не только не удивляется происходящему с ним и вокруг него, но и ни прошлое, ни будущее не остается для него под покровом ночи.
Ведь он владеет научным знанием явленном в Мифе!
В Мифе, где ничто не должно приниматься на веру и все находит свое отражение как в видимых явлениях, так и в надмирном, мистическом опыте ищущих Истину.

Приятного вам прочтения!
Pravsib
Друзья,
хочу познакомить вас с замечательной работой В.В. Емельянова, доктора философских наук, профессора кафедры семитологии и гебраистики, "Вавилонская "Нагорная проповедь"":
https://vk.com/doc32535401_469695351?hash=15aca07af860ac6296&dl=110e53bd55101dd057
В рецензии к работе сказано:
"В статье дается несколько поправок к теории “осевого времени” К. Ясперса. На примере вавилонского текста “Семеро против Нарам-Суэна”, созданного в середине II тыс. до н.э., показано, что идея непротивления злу силой возникает уже в обществе древней Месопотамии, которое Ясперс считал недостаточно развитым для утверждения в нем религии спасения. Проведено сравнение данного текста с вавилонским “Разговором господина и раба”, выявлена логическая процедура приведения агрессии к абсурду. Оба вавилонских текста сопоставлены с “Нагорной проповедью” Иисуса Христа."
Я не зря так много времени ранее уделял христианскому пацифизму как органической части Учения Иисуса Христа, так много давал материалов из истории церкви и приводил Нагорную Проповедь в противовес ортодоксальному милитаризму, освящению оружия и бесконечных войн - Ясперс так определяет обнаруженный им культурный переворот VIII–II вв. до н.э.:
Новое, возникшее в эту эпоху... сводится к тому, что человек осознает бытие в целом, самого себя и свои границы. Перед ним открывается ужас мира и собственная беспомощность. Стоя над пропастью, он ставит радикальные вопросы, требует освобождения и спасения. Осознавая свои границы, он ставит перед собой высшие цели, познает абсолютность в глубинах самосознания и в ясности трансцендентного мира
"Представляется необходимым внести некоторые дополнения к тому определению “осевого времени”, которое нам уже известно от Ясперса и Якобсона. Дело не только в том, что человек в эпоху поздней бронзы почувствовал границы своего бытия, и не только в том, что ответом на военные вызовы конца II тыс. до н.э. были эсхатологические религии и учения о спасении. “Осевое время” характеризуется еще двумя особенностями. Во-первых, это открытие внутреннего мира человека и бытия во внутреннем мире. Раньше это было невозможно. Человек утверждал себя путем позитивного действия, будь то война или созидание. Теперь же он смог отказаться от экспансии как средства и от богатства и власти как целей экспансии. Во-вторых, это альтруистическая направленность мыслей и поступков человека, желание сотворить благо ближнему и понять его как самого себя. Без этих двух аспектов не будут понятны учения о недеянии и нищенстве, возникающие как раз в границах “осевого времени”.
Идеи, приписанные только “осевому времени” и его народам, существовали у старших по возрасту цивилизаций задолго до отмеренных Ясперсом границ, то есть до VIII в. до н.э. В частности, и в Египте, и в Месопотамии первой половины II тыс. до н.э. уже существовали гуманистические тексты, которые Ясперс, не зная датировки, отнес бы к “осевым”. Выразительный пример такого “квазиосевого” по этике текста был давно обнародован О.Д. Берлевым в монографии по истории общественных отношений в Египте эпохи Среднего
царства. Это надпись номарха Менчу-Хетепу, жившего во времена Сенусерта I (XIX в. до н.э.). Третья часть надписи, посвященная отношению к “маленьким людям”, гласит:
... поучение (настоящее) для юношей: спокойствие; терпеливость; отсутствие спора с маленьким человеком, ибо нет высокопоставленного высокомерного, которого бы любили; благосклонность к говорящему о нуждах своих, пока он не изложит наболевшее; выслушивание голоса его (и есть уже) устранение нужды его, ибо всякий человек познается по сути своей подлинной избытком молчания (со стороны изучающего), когда подавляются порывы... (Подлинный) памятник человеку – добрые свойства его, забвение – это злонравный. Если будет свершение по слову (сему), то пребудет имя мое доброе постоянно во граде моем, ибо нерушим памятник мой вовек
Эту надпись переводчик комментирует следующим образом:
"Это Exegi monumentum на египетском языке, почти за 2000 лет до Горация. Этот номарх делал хорошее, потому что “нрав добрый человека значит для него больше, чем тысячи рабочих рук за работой”, то есть добрый нрав способен создать человеку лучший (несомненно, стало быть, более долговечный) памятник, чем высочайшая из пирамид [Берлев 1978, 98–100]."
Таким образом, Берлев не просто открывает исторические корни Горациева “Памятника”, но знакомит читателя с первым образцом гуманизма в истории человечества. Сле-дует особо отметить тот факт, что среднеегипетский вельможа похваляется не традиционными для древневосточных (в особенности, месопотамских) надписей добродетелями, а именно вовсе не заботами об имуществе вдовицы и бедняка. Его достоинства исходят не из общинной заботы о всеобщем равенстве и благоденствии, а из хорошо продуманного этического принципа: человек может заслужить вечную память не великими деяниями, а добрым отношением к людям, причем человек тем добрее, чем более умеет властвовать над своим сердцем (то есть над своими страстями и амбициями).
Но вавилоняне пошли гораздо дальше египтян эпохи Среднего царства, дойдя в своей религиозно-этической проповеди до евангельских глубин смирения и непротивления."
Приятного вам прочтения!
TenOtcaGamleta
Откровение, полученное царем от Иштар, совершенно беспримерно в добиблейской литературе Ближнего Востока. Нарам-Суэн узнаёт, что злой город Семерых не следует одолевать насилием. Его жители уничтожат себя сами, причем началом их коллективной гибели станет повсеместная ложь в речах и фальшь в отношениях между людьми. Ложь и зло в отношениях между горожанами – то орудие, которое предаст Семерых в руки гневного Эллиля. Их город, разложившись изнутри, впоследствии падет под ударами соседей. Итак, позитивное действие Нарам-Суэна, остановленное его раскаянием, существенно дополняется откровением Иштар о том, что зло уничтожит себя само, без агрессии извне.
В последней части текста идет откровенное назидание Нарам-Суэна правителям будущего. И этот финал неожиданно вызывает в памяти два, а в перспективе и три текста. Царь говорит потомкам, что не следует сопротивляться чужой агрессии. На каждое злонамеренное действие людей следует отвечать добром, а на каждое благодеяние – дарами и подарками. Человеку должно смирять себя, терпеть и на каждое враждебное действие смиренно отвечать: “Да, господин мой!..” В этом ответе заложена тайная мудрость всего текста, о которой знал образованный вавилонский читатель.
Здесь удивительно то, что подобное мировоззрение вложено в уста царя, мирского владыки, а не прохожего искателя Истины.
Вы слышали, что сказано: око за око и зуб за зуб. А Я говорю вам: не противься злому. Но кто ударит тебя в правую щеку твою, обрати к нему и другую; и кто захочет судиться с тобою и взять у тебя рубашку, отдай ему и верхнюю одежду; и кто принудит тебя идти с ним одно поприще, иди с ним два. Просящему у тебя дай, и от хотящего занять у тебя не отвращайся. Вы слышали, что сказано: люби ближнего твоего и ненавидь врага твоего. А Я говорю вам: любите врагов ваших, благословляйте проклинающих вас, благотворите ненавидящим вас и молитесь за обижающих вас и гонящих вас, да будете сынами Отца вашего Небесного, ибо Он повелевает солнцу своему восходить над злыми и добрыми и посылает дождь на праведных и неправедных. Ибо если вы будете любить любящих вас, какая вам награда? Не то же ли делают
и мытари? И если вы приветствуете только братьев ваших, что особенного делаете? Не так же ли поступают и язычники?
(Матф 5: 39–47) Источники проповеди Христа хорошо известны из текстов Ветхого Завета. Так, Саул говорит своему сопернику Давиду:
Ты правее меня, ибо ты воздал мне добром, а я воздавал тебе злом; ты показал это сегодня, поступив со мною милостиво, когда Господь предавал меня в руки твои, ты не убил меня. Кто, найдя врага своего, отпустил бы его в добрый путь? Господь воздаст тебе добром за то, что сделал ты мне сегодня. И теперь я знаю, что ты непременно будешь царствовать, и царство Израилево будет твердо в руке твоей.
(1 Цар 24: 18–21) В Послании апостола Павла к римлянам эта максима Христа толкуется следующим образом:
Итак, если враг твой голоден, накорми его; если жаждет, напой его: ибо, делая
сие, ты соберешь ему на голову горящие уголья.
(Притч 25: 21–22; Рим 12: 20). "В вавилонском тексте “Семеро против Нарам-Суэна” процесс перехода от личной физической агрессии к духовной агрессии против физического агрессора имеет три этапа. На первом этапе Нарам-Суэн раскаивается в том, что послал на войну и не сберег большое количество мужского населения страны. А значит – раскаивается и в том, что взял себе примером разбойников и диких зверей, не обращавшихся с запросами к богам и не получавших
их вердикта на свои действия. Так наказывается свобода воли, которая здесь тождественна волюнтаризму. На втором этапе Нарам-Суэн узнает, что злых людей погубят их собственные ложь и зло и что не следует мстить пленным врагам. Наконец, на третьем этапе он понимает, что не следует оказывать никакого сопротивления внешнему врагу, на каждое его желание нужно отвечать согласием, отказываясь от всего, что имеешь, и даже задаривая его подарками. Это введет врага в ступор и остановит его агрессию. По-видимому, именно в этом тексте следует видеть наиболее древний прототип библейских формул непротивления."
Конечно, жизнь и история показывают, что непротивление злу не введет врага в ступор никогда, но приведет лишь к дальнейшему провоцированию его агрессии. Не для того следует избегать насилия, что бы его остановить и в дальнейшем одержать победу над врагом в этом мире. А потому, что любое насилие есть бессознательный звериный рефлекс и враг Человека в нем самом! Человек - не зверь, а Дом его не мир скорбей и борьбы за существование, смерти, а Царство Небес, которое строится на принципах любви и милосердия.
На принципах Жизни. Борьба со своей звериной природой от сатаны, борьба с демонами составляющими эту природу, брань с "духами злобы поднебесной", "духом обманчивым" - ведущим человека в животное царство вечной смерти и есть часть Пути к родному Дому не от мира сего.
Подобное к подобному.
TenOtcaGamleta
Доброго времени суток всем Не Спящим!
Хотелось бы привести ряд интересных цитат от интересных Личностей!
От Умов, которым тесно прокрустово ложе мира сего , а его "князя" они не могут назвать Богом и Отцом!
Захочет ли какой-либо здравомыслящий человек, проживший достаточно долгое время и размышлявший о значении человеческого существования, снова заняться этой скучной жизненной игрой не то что на прежних условиях, но вообще на каких бы то ни было?
И. Кант, «О неудаче всех философских попыток теодицеи»
Да знаете ли вы, что нельзя насчитывать грехи человеку и обременять его долгами и подставными ланитами, когда общество так подло устроено, что человеку невозможно не делать злодейств, когда он экономически приведен к злодейству, и что нелепо и жестоко требовать с человека того, чего уже по законам природы не может он выполнить, если б даже хотел..."
Белинский - Достоевскому, Из "Дневника писателя", 1873 год.
Итак, говоря совершенно открыто: чтобы стало лучше, необходимо, чтобы мы когда-нибудь сделались порядком злыми. И в этом нам должен помочь образ шопенгауэровского человека. Шопенгауэровский человек берет на себя добровольное страдание правдивости, и это страдание помогает ему убить личную волю и подготовить тот совершенный переворот в его существе, достижение которого и образует собственно смысл жизни. Это высказывание правды кажется другим людям порождением злобы, ибо в сохранении своей половинчатости и искусственности они видят долг человечности и полагают, что нужно быть злым, чтобы так разрушать их игрушки.
Ф. Ницше, «Несвоевременные размышления: Шопенгауэр как воспитатель»
Показать спойлер
Они склонны крикнуть такому человеку то, что Фауст говорит Мефистофелю: «вечно действенной, целебно-творческой силе ты противопоставляешь холодный кулак дьявола»; и тот, кто хотел бы жить по-шопенгауэровски, походил бы, вероятно, более на Мефистофеля, чем на Фауста — именно для современных близоруких глаз, которые в отрицании всегда видят отпечаток зла.
Но существует род отрицания и разрушения, который есть именно истечение могущественной жажды освящения и спасения жизни. И первым его философским наставником среди нас, утерявших святость и подлинно обмирщенных людей, выступил Шопенгауэр. Всякое бытие, которое можно отрицать, тем самым и заслуживает отрицания; и быть правдивым значит верить лишь в то бытие, которого нельзя отрицать и которое само истинно и правдиво. Поэтому правдивый человек сознает, что его деятельность имеет метафизическое, объяснимое из законов иной и высшей жизни и в глубочайшем смысле утверждающее значение; хотя все, что он делает, кажется разрушением и ломкой законов этой жизни. При этом его деятельность должна стать длительным страданием; но он знает то, что знает и Мейстер Экхарт: «быстрейшее животное, которое довезет вас до совершенства, есть страдание».
Мне кажется, что у каждого, кто представит себе подобное направление жизни, должно расшириться сердце и зародиться горячее желание стать таким шопенгауэровским человеком, т. е. в отношении себя и своего личного блага быть чистым и изумительно равнодушным, в своем познавании быть исполненным могучего пожирающего пламени и бесконечно удаленным от холодной и презренной нейтральности так называемых людей науки, высоко поднимаясь над ворчливо раздраженными мыслями, принося всегда себя первого в жертву познанной правде и глубоко сознавая те страдания, которые должны возникнуть из его правдивости.
Правда, он уничтожает свое земное счастье своею храбростью, он должен быть враждебен даже людям, которых любит, и учреждениям, из лона которых он произошел, он не должен щадить ни людей, ни вещей, хотя сам страдает от наносимых им ударов, он останется непонятым и долго будет считаться союзником сил, которые ненавидит; благодаря ограниченности всякого человеческого понимания, он будет вынужден быть несправедливым, при всем своем стремлении к справедливости; но он может утешить себя словами, которые однажды употребляет Шопенгауэр, его великий воспитатель:
«Счастливая жизнь невозможна; высшее, чего может достигнуть человек, есть героический жизненный путь. Таким путем идет тот, кто в какой-либо области и в каком-либо деле борется с чрезмерными трудностями за какое-либо общее благо и в заключение побеждает, но при этом плохо или совсем не вознаграждается. Тогда в конце пути он останавливается окаменелый, подобно принцу в Re corvo Гоцци, но в благородной позе и с великодушным жестом. Память о нем сохраняется и чествуется, как память героя; его воля, умерщвляемая в течение целой жизни трудом и усилиями, плохим успехом и неблагодарностью мира, угасает в нирване». Правда, такой героический жизненный путь, как и связанное с ним умерщвление воли менее всего соответствуют жалкому понятию тех, кто больше всего говорят об этом, празднуют торжества в память великих людей и полагают, что великий человек просто велик на тот же лад, как они сами — малы..
Но быть одаренным или принужденным — это презренные слова, с помощью которых люди хотят уйти от внутреннего голоса, и хула на того, кто вслушался в этот голос, т. е. на великого человека; именно он меньше всех позволяет одаривать или принуждать себя. Не хуже всякого маленького человека знает он, как можно взять жизнь с легкой стороны и как мягка постель, в которой он мог бы растянуться, если бы стал обходиться с собой и с своими ближними прилично и на обычный лад; ведь все людские порядки устроены так, чтобы постоянно рассеивать мысли и не ощущать жизни.
Почему же он так сильно хочет противоположного, т. е. непременно ощущать жизнь, — а это значит — страдать от жизни? Потому, что он замечает, что его хотят обмануть относительно его самого, и что существует некоторого рода заговор, чтобы выкрасть его из его собственной пещеры. И вот он противится, навостряет уши и решает: «я хочу принадлежать самому себе!» Лишь постепенно он начинает понимать, как страшно это решение. Ибо отныне он должен спуститься в глубины бытия, с рядом необычайных вопросов на устах: зачем я живу? Какой урок могу я взять от жизни? Как я стал тем, что я есть, и почему же я страдаю от этой моей природы?
Он мучится и видит, что никто так не мучится, что, наоборот, руки его ближних страстно протянуты к фантастическим событиям, разыгрывающимся на политической сцене, или что они сами разгуливают в сотне масок, переодетые юношами, мужами, старцами, отцами, гражданами, священниками, чиновниками, купцами, суетливо озабоченные своею общею комедией и нисколько не думая о себе самих. Все они на вопрос: зачем ты живешь? — быстро и гордо ответили бы: «чтобы стать хорошим гражданином, или ученым, или государственным деятелем», — и все же они суть что-то, что никогда не может стать иным, и почему они суть именно это? Увы! — это, а не что-либо лучшее?
Кто понимает свою жизнь лишь как точку в развитии поколения или государства или науки, и, следовательно, хочет целиком принадлежать к процессу становления, к истории, тот не понял урока, заданного ему бытием, и должен выучить его снова. Это вечное становление есть лживая кукольная комедия, из-за которой человек забывает себя самого, развлечение, которое рассеивает личность во все стороны, нескончаемая игра тупоумия, которою большое дитя — время — забавляется перед нами и с нами.
Показать спойлер

Героизм же правдивости состоит в том, чтобы в один прекрасный день перестать быть его игрушкой. В становлении все пусто, обманчиво, плоско и достойно нашего презрения; загадку, которую человек должен разрешить, он может разрешить лишь в бытии, в бытии таким, а не иным, — лишь в непреходящем. Теперь он начинает испытывать, как глубоко он сросся со становлением с одной стороны, и с бытием — с другой; чудовищная задача восстает перед его душой: разрушить все становящееся, осветить все ложное в вещах. Он тоже хочет все познать, но он хочет это иначе, чем гётевский человек, не ради благородной изнеженности, чтобы сохранить себя и усладить многообразием вещей; напротив, себя самого он первого приносит в жертву. Героический человек презирает свое благополучие и злополучие, свои добродетели и пороки и вообще измерение вещей меркой своей личности, он ничего не ждет больше от самого себя и хочет во всех вещах увидеть эту безнадежную их основу. Его сила лежит в самозабвении; и если он вспоминает себя, то он смотрит на себя с высоты своей великой цели, и ему кажется, что под собой и позади себя он видит неприметную горку шлака. Старые мыслители всеми силами искали счастья и правды — а никогда человек не найдет того, чего он ищет — гласит злое правило природы.
Но кто ищет во всем неправды и добровольно приобщает себя несчастью, тому, быть может, уг
отовлено иное чудо разочарования... Созерцателю чудится, что он только что просыпается, и что вокруг него еще лишь реют облака исчезающего сна. Этим облакам тоже суждено когда-либо рассеяться; и тогда настанет день.
Все это Христос сказал одной фразой:
Сие сказал Я вам, чтобы вы имели во Мне мир. В мире будете иметь скорбь; но мужайтесь: Я победил мир
Евангелие от Иоанна, гл.16.
Мир - Эон, Жизнь, во Христе - Уме, Господе нашем! Который не от мира сего, а в мысли и Уме Отца!!
"Я и Отец - Одно!", за это кажется, распяли Иисуса?
Pravsib
Добрый вечер, уважаемые читатели!
Признаюсь, что все время не доходят руки для изучения книг Ю. Латыниной, "Иисус. Историческое расследование". Много наслышан о ее версиях тех событий и особенно хорошо то, что она атеист.
Есть много комментариев на ее счет, но я бы хотел представить вам - как наиболее емкий при краткости и от мною уважаемого в этой области человека, собаку съевшего на библейском материале.
Перцу в отзыв добавляет то, что автор представитель доброго учения Мани и очень образован, что не мешает ему едко высмеивать несуразности ортодоксии и ошибки недостаточно компетентных людей весьма в оригинальном стиле, поэтому тексты отзывов спрячу под кат. Первый отзыв, плюсы и минусы работы:
Показать спойлер
Плюсы:
1. Атеистка - по отношению к поповским писаниям безусловный плюс. Более того, относительно поповского "бога" всякий правильный христианин и должен быть атеистом: мы не верим, что мир создал некий злобный колдун, похожий на человека, который полностью управляет миром до сих пор. Такого бога нет.
2. Принципиально верное отношение к Библии как к безграмотной и наглой политической пропаганде горных семитских варваров, совершенно сиюминутной и не имеющей вообще никакого отношения к вечным человеческим проблемам, смыслу жизни, философии и так далее. Просто дурная и лживая политическая листовка, груба накатанная для безграмотных и диких древних людей. Диких даже по сравнению с более цивилизованными народами того времени. Латынина вполне талантливо эту правду описывает, привлекает большой исторический материал по этому поводу, кое-что и мне неизвестно, хотя занимался этой проблематикой. То есть читать ее в этом плане полезно.
3. Хорошо расписывает, что евреи до Ездры были натуральные язычники, что прекрасно подтверждается массой археологических доказательств, историческими документами и самой Библией, содержащей огромные чисто языческие либо грубо адаптированные к монотеизму тексты.
Минусы:
1. Латынина прекрасно знает, что в настоящее время в науке преобладает билейский гиперкритицизм и периодически проговаривается по этому поводу, однако основывается на работах библеистов 19 - начала 20 века. Это прежде всего немецкие протестанты, которые пытались хоть как-то реабилитировать библейский текст, глупость и хамство которого было к тому времени очевидны любому сколько-нибудь образованному человеку. Вот они придумывали какие-то "монотеистические реформы Иосии", какого-то Иеремию и прочий бред. Все эти "данные" имеются только в самой Библии, а если мы попам не верим, то почему мы должны верить, что у них хоть сколько-нибудь достоверные книги на руках?
С научной точки зрения истина понятна - Тора и ядро хроник написаны Ездрой или его командой, то есть при персах. Вся остальная писанина вообще эллинистическая, то есть это второй-третий век до нашей эры. Более-менее древними частями Библии являются Псалтырь, в который Ездра включил кучу гимнов языческим богам, так как они использовались в богослужении, а он пытался ассимилировать языческое жречество, и возможно какие-то легенды об Аврааме и Моисее, только непонятно какие, потому что Ездра имеет жесткую концепцию, ради которой очень много врет. Собственно еврейских мифов о создании мира Ездра не знал, так как воспитывался в Вавилоне, и в той части что "до Авраама" пересказывает вавилонские и персидские сказки.
Элементы монотеизма у Ездры объясняются влиянием зороастризма, но основная его идея не эта, а истребление всех других народов Палестины, кроме евреев. Эта политическая программа и является ядром и сутью "библейского послания человечеству" от дьявола. Собственно говоря заповедь там одна "убивай тех, кто не подчиняется власти". Поэтому всякий, кто считает эти тексты писанием Бога, поклоняется дьяволу, и вообще всякая попытка хоть как-то одобрить и защитить эту злую, глупую и совершенно бесовскую книгу - акт дьяволослужения.
2. Поскольку Латынина следует по сути своей протестантским концепциям, индоевропейское влияние исключается ей из рассмотрения, а оно и было важнейшим фактором. Когда уже пошла откровенная эллинизация, она не может игнорировать, но вынуждена сочинять, что какие-то фанатики следовали чисто семитскому иудаизму с фанатизмом и так далее. Приводит причем в подтверждение книгу Даниила, откровенно языческую с сильным греческим влиянием, и судя по языку вообще написанную человеком, у которого родной был греческий.
На самом деле арийское влияние в Палестине было определяющим еще с хеттских времен, то есть вся эта "религия" - политические адаптации разного рода арийских доктрин - сначала первоначального политеизма, потом монотеистический зороастризм привел к тому, что что-то там про "единственного Бога" где-то начало появляться; наконец иудаизм окончательно оформляется уже под влиянием монотеистической греческой философии Платона.
Палестина географически и есть территория на границе между арийскими тогда Малой Азией и Месопотамией и чисто семитским Египтом. Соответственно религия там всегда и была смесью семитских мифов и индоевропейского влияния в разных формах.
3. Что же касается политических раскладов конкретно первого века, когда действуют Иисус и Павел, точно также упорно игнорируется Персия. А ведь Персия - основной геополитический противник Римской империи. Поэтому любые движухи еврейских религиозно-политических сект могут оцениваться только в контексте римско-персидского противостояния. Оно было не только военным, но и культурным, причем Персия как более древняя влияла достаточно активно культурно. Утверждать, что еврейские секты вели какую-то свою игру - это опять преувеличивать что-то там еврейское для защиты значимости поповского бреда. Все эти секты либо работали на Рим, либо на Персию. Как и раньше они работали на Ассирию, Вавилон, Египет и так далее.
Так вот христианство - проперсидская группировка. У Павла излагается исключительно дуализм, дополненный греческими рациональными обоснованиями его (для пропаганды зороастризма среди греков, естественно). Иисус критикует проримские группировки синедриона (марионеточное проримское правительство) с тех же позиций дуализма и рационализма. Поэтому политику тут, конечно, присоединять к объяснениям надо, но не ту, что попы придумали, а реальную геополитику того времени, с противостоянием Рима и Персии.
За что первых христиан преследовали? Диоклетиан в эдикте против манихеев (которые описываются римскими историками именно как христиане по умолчанию) говорит максимально подробно - агенты влияния Персии. Разлагают римский народ, пропагандируя персидские доктрины. За это и при Нероне, и при Траяне, за что еще-то. Когда противостояние с Персией ослаблялось, преследования обычно смягчались, что и привело к сохранению христианства в империи. Так оно потому и было привлекательным, что это экзотика и идеология врага, примерно как пластинки с американской рок-музыкой в Советском Союзе.
Так что критика Латыниной - правильная, местами рациональная и угодная богу нашему Ахурамазде, но неглубокая и сохраняющая часть поповских отмазок и предрассудков. Возможно, впрочем, тема зороастризма до сих пор искуственно подавляется, но после краха всех попыток хоть чем-то обосновать достоверность и оригинальность Библии, эта тема неизбежно на горизонте возникает и у части наиболее честных исследователей вполне прослеживается.
Показать спойлер
Ответ на вторую книгу Ю. Латыниной:
Показать спойлер
Прежде всего, что в латынинской эпопее хорошего:
1. Критика официальной поповской картины, причем подробная и с научных позиций. Поскольку написано популярно, потенциально это может многих вывести из под влияния той гадины, которую еще Вольтер призывал наконец раздавить.
2. Описывает популярно большое количество гностических текстов, тем самым делая их известными широким слоям населения. В какой-то степени Латынина невольно проповедует этот самый гностицизм, как когда-то Булгаков невольно пропагандировал христианство.
3. Ожидал, что она будет много врать про Мани Хайя и мандеев, однако в данном случае она на удивление нейтральная и точная, видимо потому, что это привлекается только как материал для дополнительной аргументации. Никакого терроризма, шарлатанства и так далее Мани Хайя она не приписывает, у Латыниной это аскет, который хотел иранизировать ранее христианство, что довольно близко к собственному мнению Мани о самом себе.
Но более интересно то, что у нее плохого. Тут можно выделить тоже три пункта.
1. Повторяет поповские клише о «иудейском монотеизме» и раннем формировании Библии.
Латынина подробно описывает, как во втором веке до нашей эры – первом веке нашей эры многочисленные еврейские секты фальсифицировали в большом количестве священные книги, приписывая их всевозможным древним литературным персонажам типа Илии, Еноха и так далее. Однако, когда речь заходит о Танахе, опять всплывают какие-то Иезекиили и Иеремии как якобы реально существовавшие, «монотеистические реформы» каких-то царей времен «первого храма» и тому подобное. В то же время Латынина хорошо знает, что последние книги Танаха (книга Даниила, например) писались при Маккавеях (во втором веке до нашей эры) и тоже приписывались Даниилу древнеперсидских времен. Так если во втором-первом веке евреи всегда так делали, что им мешало написать и весь остальной Танах в четвертом-третьем веке, абсолютно тем же самым способом: приписывая собственные тексты, в основном политическую агитацию, всяческим легендарным шаманам, богам и царям древности?
Ведь никаких исторических или археологических подтверждений Танаху нет. Не было никакого древнего монотеизма, археология обнаруживает статуи Ашеры и прочего воинства небесного в огромном количестве. Про Ашеру Латынина знает и даже цитирует из Талмуда о том, что ее культ и в талмудические времена еще имелся, было с чем бороться раввинату. Не было никакого исхода из Египта, великих завоевателей Давида и Соломона, не фиксируют этого летописи соседних цивилизованных народов – Египта, Ассирии, Вавилона. Вообще ведь ничего не было, а «библейская критика» на протестантские и католические гранты пытается доказать древность хоть каких-то фрагментов текстуальным анализом, других подтверждений нет и быть не может. Впрочем, уже и в официальной науке библейский минимализм распространяется и истину худо-бедно восстанавливает, вот только Латынина делает вид, что не знает этого и цитирует протестантских библеистов времен царя Гороха, единственной целью которых было спасти хоть какие-то библейские выдумки.
Две первые еврейские книги написал Ездра в пятом веке до нашей эры: первая была прототип Торы (с Навином), вторая была хроники Иудеи (теперешние книги Судей и Царств). В Торе Ездра (ставленник персов) пытается доказать, что персы и евреи – братья, и поклоняются одному и тому же Богу Небесному (Эль Шаддаю) – этой теме посвящены истории про Иафета, брата Сима; Мелхиседека (священника Варуны=Ахура Мазды=Эль Шаддая), который благословляет Авраама, а также множество прямых заявлений в книгах Ездры и Неемии про то, что все великие шахи служат Богу Небесному и потому помогают евреям. Другие же народы Палестины, по мнению Ездры, не поклоняются Ахура Мазде и потому должны быть истреблены либо ограничены в правах, так как любимыми рабами и братьями персов должны быть только евреи. Чтобы примирить эту новую картину мира с традиционным семитским язычеством, которое тогда там господствовало, Ездра включает целыми книгами пособия по некромантии и прочей чисто языческой магии – так как и традиционные шаманы («пророки»), и традиционные жрецы, мало отличающиеся от шаманов – те группировки, на которые Ездра только и может опираться в своей реформе. Естественно, все приписано легендарному Моисею, с Ездры и пошла вся эта иудейская манера приписывать свеженавранное вранье древним авторитетным персонажам.
Хроники Ездра компилирует по каким-то вавилонским источникам, добавляя туда в огромных количествах местный фольклор и собственную фантазию. Получается у Ездры еще хуже, чем Тора, так что потом даже в Алесандрии были вынуждены сделать две другие книги хроник (известных как Паралипоменон), чтобы хоть как-то связать концы во вранье Ездры.
Возможно к персидским, то есть достаточно древним временам, относится и книга Псевдоисайи, так как он боготворит персидских шахов, является горячим сторонником того, что Яхве и Ахурамазда – одно божество, кроме того именно Исайя под явным влиянием зороастризма делает несколько вполне монотеистических высказываний. Во всей остальной Библии не наблюдается никакого монотеизма, там признается существование многочисленных богов других народов, просто евреи должны служить Иегове, причем поклоняться ему только в Иерусалиме, то есть отстегивать конкретной клике иерусалимских жрецов этого божества.
Нет монотеизма даже во времена Маккавеев, когда наконец завершили Танах, включив в него попутно даже греческую философию в книге Экклезиаста. Маккавеи просто требуют, чтобы все евреи поклонялись Яхве в Иерусалиме, потому что установили теократию и уничтожают все остальные культы в качестве политических конкурентов. Поэтому в последнюю редакцию добавили огромные дозы агрессии против иных богов, которой вероятно не было так много в первоначальных текстах Ездры. Кроме того, зачищали тексты от неактуальных уже политически персов, но всех персов и намеки на них убрать не получилось, этого было слишком много.
Пожалуй, первый еврейский монотеист – это апостол Павел, который считает, что Бог один для греков и евреев, а также считает бессмысленной всю еврейскую языческую магию из Торы. Так как Павел принадлежал к секте фарисеев, скорей всего он отражает их представления, то есть фарисеи были наконец монотеистами и передали это талмудическому иудаизму, который они позднее создали.
Итак, к рассматриваемому в книге периоду – первый век до нашей эры и первый век нашей эры:
a. Иудаизм только что создан и среди евреев имеются многочисленные ДРУГИЕ РЕЛИГИИ, которые также являются сочетаниями традиционного язычества, зороастризма и греческой философии, как и традиционный иудаизм, но сочетаниями другими.
b. Все секты интенсивно фабрикуют писания от лица древних героев и пророков, это завел еще Ездра и это было основной формой выражения каких бы то ни было религиозных взглядов.
c. Все это тесно взаимодействует с политикой, в которой есть три партии – сторонники Рима, сторонники Персии и сторонники независимости.
Отсюда переходим ко второму недостатку Латыниной.
2. Она все сводит к иудаизму и его внутренней эволюции.
Ситуация была явно сложнее – Иудея находится на пересечении грекоримской и персидской цивилизаций, а также имеет собственную вполне живую в народе политеистическую традицию. Поэтому нельзя выводить из иудаизма даже собственно еврейские секты – ессеев, мандеев, эльхасаитов, последователей Иакова. Уж тем более смешны попытки Латыниной увязать строго с предполагаемой ей эволюцией радикального иудаизма греческие гностические секты второго-третьего века. Наиболее серьезные ляпы Латыниной в этой области:
2.1. Гностическая София выводится из Ашеры. Богиня-мать вообще говоря является религиозной универсалией того времени, и могла быть гностиками взята откуда угодно, из любой религии. Там везде были матери. Ближе всего к Софии греческая Афина – та тоже совмещает мудрость и воинственность. Ашера (Астарта) – самый плохой кандидат, так как это богиня секса, культы которой носили оригиастический характер, а все гностические секты, как это прекрасно знает Латынина, почитали сексуальное воздержание, чему уделяется огромное внимание в их текстах. С чего бы им использовать развратную Ашеру как прототип Софии, когда у них перед глазами множество мудрых и целомудренных греко-римских богинь на выбор?
2.2. Павлу приписывается наличие у него супруги (потому что Латынина его отождествляет с Симоном Волховом, у которого супруга была). Это противоречит прямым заявлениям Павла о том, что он монах, сделанным непосредственно в его посланиях, а также пространным речам Павла в защиту монашества из тех же посланий.
2.3. Ненавидящие иудейский закон мандеи упорно привязываются к его ревнителям-кумранитам. Латынина явно с мандейскими текстами ознакомилась, но многочисленные проклятия иудейского закона в них как бы не замечает. Скороговоркой она упоминает о том, что по мнению мандеев, Иерусалимский храм посвящен Рухе (Ашере) и разрушен их заклинаниями в качестве мести за преследование мандеев иудаистами. Каким же образом секта, якобы происходящая от радикального иудаизма, этот самый иудаизм ненавидит до такой степени, что приписывает себе разрушение главной иудейской святыне? Есть ли хоть какая-то логика в таком отождествлении? Очевидно, мандеи – наследники другой еврейской традиции, причем именно той традиции, вырезать представителей которых и призывает Библия. Поэтому со стороны этих евреев ненависть к Библии и ее сторонникам абсолютно естественна и во всех их писаниях наблюдается. Это те самые сторонники Ваала, которых с таким энтузиазмом уничтожают сторонники Яхве на страницах Танаха. Вот они, в Вавилонию убежали и вполне себе сохранились, иудаизм тут не при чем.
Да, Иоанн Креститель от них и работал, но не работал от зелотов или других иудаистских группировок. В этом нет ничего странного, если знать истину – Библию только что написали и в нее многие еще не верят, а верят они в другие религии. С которыми иудаизм продолжает взаимодействовать и заимствовать концепции.
Отсюда последний и ключевой недостаток Латыниной.
3. Отождествление зелотов, ессеев и ранних христиан на основе наличия единых концепций.
В условиях общей нестабильности и наличия многочисленных партий, сект и группировок нет ничего удивительного в том, что какие-то представления характерны для многих групп. Кроме того, многие группы оппозиционны правительству и хотят уничтожения всех других групп. Определенные единые комплексы идей Латынина находит у таких группировок, как:
1. Ессеи – монашеский орден традиционных иудаистов.
2. Зелоты – группа радикальных иудаистов-террористов.
3. Мандеи – неиудейская оппозиционная ко всем на свете секта.
4. Ранние христиане – отколовшаяся от мандеев организация, сразу же после смерти основателя разделившаяся на множество группировок.
На основе наличия общих представлений Латынина делает вывод о генетическом единстве – но это категорически неверно. Ну, были эти четыре группы, все они чего-то там говорили о воскресении последователей, вознаграждении в виде вечной жизни и конечной победе добра над злом. Так это все комплекс идей, восходящих то к греческой культуре (бессмертие души), то к зороастризму (воскресение мертвых и дуализм добра и зла). Это просто идеи, которые эти евреи усвоили у соседей и потому их исповедовали разные секты. Их не придумали в одной и той же секте, которая позднее распалась, как утверждает Латынина, игнорируя и разум, и первоисточники.
Показать спойлер
В некоторых местах и мне было чрезвычайно интересно!
Думаю, вам решать, стоит ли скачивать и знакомиться с этим, довольно обширным трудом.
Pravsib
Здравствуйте, друзья!

Я часто употребляю слово "разум", ум, "нус" у древних греков, надеясь что вас оно не вводит в заблуждение.
Ведь в наше время искали истину в уме и рационализме уже давно, с Просвещения и отказались от этого!
Холодный, практичный и расчетливый ум разве способен привести к идеалу человека? Нет, он способен добиться конкурентного преимущества в борьбе за существование.
Как захватить власть в стране, принеся людям неисчислимые страдания - что бы они жаждали этого? Как соблазнить девушку? Как обойти конкурента в бизнесе и на охоте! Как обмануть, ограбить или совершить насилие, и при этом не попасться в руки закона?!
Как вы понимаете, не о таком "разуме" идет речь, он не ведет к Жизни вечной, а выживанию в мире.
Где нравственное начало? Где творческая составляющая? Как такой разум связан с Богом и есть Бог?
И вот прекрасное небольшое сообщение от девушки-философа:
«Почему мы такие бедные, если такие умные?»
Этот вопрос рассмешит любого, хоть немного знающего философию.
Дело в том, что есть «два вида», «две способности» ума - рассудок и разум.
Рассудок имеет дело с известными понятиями, с устойчивыми формами поведения и позволяет своему хозяину успешно совершать практические действия.
Разум способен создавать новое, он связан с нравственностью и с творческим началом; именно он и только он создаёт теоретическое знание, науки и искусства.
И возникает разница в жизненных приоритетах. Талантливый «чистый математик» вполне мог бы стать успешным банкиром, но ему это не интересно. И замечательный литератор вполне сумел бы справиться с обязанностями пресс-секретаря президента - но тогда ему некогда будет писать книги, а он хочет именно этого. А вот обратное почти никогда не возможно - банкир не совершит математического открытия.
Вот почему очень многие великие, знаменитые люди, подлинные творцы были нищими.
Другое дело, что общество может быть организовано так, чтобы плоды разума получали достойное вознаграждение - чтобы людей «высокого ума», теоретиков, государство уважало и хорошо оплачивало результаты их труда.
А если это не так, то вопрос следует задать государству: почему ты такое неразумное, что платишь только за сиюминутное и не думаешь о будущем? Ведь именно теоретическое знание - это необходимое основание технологического и культурного развития. И нет ничего практичнее хорошей теории.
Но для того, чтобы это понять, тоже нужен разум.
Очень верно указаны его основные свойства!
Апостол Павел говорил ярче:
"Ибо кто познал ум Господень, чтобы мог судить его? А мы имеем ум Христов.", 1-е к Коринфянам, гл. 2
Как вы понимаете, он говорит не о смекалке и рассудке дельца и хитрована!
Отец есть Ум, в котором Мысль невыразимого Единого абсолюта, Мать - актуализирует мир Его Идей!
Каждая Идея творит, как говорится в Апокрифе Иоанна, благодаря ее "непобедимой силе", творческой энергии. Уверен, каждый из вас на себе ощутил всю правоту этих слов!
Вспомните, вы сидите разбитый, ни на что не способный или наоборот, в хаотических выматывающих метаниях, пытаясь решить важнейшую задачу и вот, Эврика, вас наполняет неизвестно откуда взявшаяся энергия, вдохновение, воодушевление и вы бросаетесь реализовывать решение.
Поверьте, это тайна! Присмотритесь к себе - тайное всегда рядом, ведь гнозис не теория!
Это не "ваша" мысль! Она не случайно возникла в вашем сознании! Причем сначала мысль, а уже потом вы пытаетесь воплотить ее в слова, что не всегда возможно и не всегда надо!
Задумайтесь над фразой: "Епинойя Света утаена в Адаме!" Это та Искра - от Мысли, Матери Всего!
Так мыслят ученые, поэты, художники, философы, музыканты и попросту талантливые люди!
Они созидают, творят новое! Делают прорывные открытия во всех областях!
О них говорят - "поцелованы Богом"!
Но есть важное правило: "Испытывайте Духов (Умы) от Бога ли они!"

"Первым делом разума является различие истинного и ложного". А. Камю.
Разум дает возможность отличить Добро от Зла! "И будете как Боги, знающие Добро и Зло"!
Это древо Познания!
"Кто ищет выгоды от знания, тот теряет Разум", поскольку Знание (гнозис) преображает Человека, рождает его Свыше, от Бога!
TenOtcaGamleta
Друзья,
я вынужден покинуть этот форум. Причины вам известны.
Этот топ - огромный кладезь знаний! Используйте его а, главное, ищите сами!

Удачи и успехов вам, глубокое человеческое спасибо за неподдельный интерес!!
TenOtcaGamleta
Здравствуйте, уважаемые читатели!
Раз Отец наш Небесный дает такую возможность, необходимо использовать ее с пользой!
Данная статья посвящена краткому изложению истории и вероучения христианской церкви, существовавшей в средневековой Армении и ставившей своей главной целью сохранение исконной чистоты христианства, освобождение его от всех «элементов» язычества и идолопоклонства кафоликов "ромеев".
Название «павликиане», которое употребляется в отношении этой церкви современными историками, было в ходу в основном среди противников павликиан; сами они называли себя просто «христианами» (как и гностики до них, и катары после), в то время как последователей государственной религии Византийской (Восточной Римской) империи они именовали именно «ромеями» (римлянами - так этих традиторов именовали и персы), считая их отступниками от истинного учения Христа. Название «павликиане» происходит от имени апостола Павла, которого павликиане предположительно чтили выше других апостолов.
Главными сохранившимися до наших дней источниками по истории павликиан являются труды ученого монаха Петра Сицилийского и патриарха Фотия. Кроме того, сохранилися манускрипт "Ключи от правды" тондракийцев, которых считают позднейшими последователями "павликиан".
В данном сообщении я хочу остановиться на истории их возникновения и существования, а в следующем - на особенностях их вероучения.
Показать спойлер
Согласно распространенным взглядам, основателем церкви павликиан был Константин из деревни Мананалис, близ Самосаты, учивший во второй половине VII века. Вместе с тем, по мнению профессора теологии Оксфордского университета, известного специалиста в вопросах происхождения христианства и истории армянской церкви Фредерика Конибера, "павликиане" являются прямыми продолжателями учения и традиций апостольского христианства, получившего распространение в Армении задолго до деятельности Григория Просветителя.
Константин, будучи возможно ранее связанным с одной из гностических сект, изучил Новый завет, копию которого он получил в подарок от одного из дьяконов, в благодарность за оказанное гостеприимство. Полагая, что его толкование учения, изложенного в посланиях апостола Павла, соответствует духу раннего христианства, Константин принял имя Сильван, в честь сподвижника Павла. Этим была заложена традиция среди павликиан называть себя именами сподвижников Павла.
Деятельность Константина-Сильвана охватывала период 657-684 г.г. В 684 году византийский император Константин Погонат послал офицера по имени Симеон в районы деятельности павликиан с целью подавления их движения и наказания лидеров. В результате по приказу Симеона Константин-Сильван был казнен. Вместе с тем захваченные в плен павликиане в большинстве своем не отреклись от своей веры. Во время бесед с ними на Симеона произвела впечатление христианская искренность павликиан и принципы их веры. Симеон возвратился в Константинополь, в тайне разделяя убеждения павликиан, но, будучи не в силах скрывать своих убеждений, тайно отбыл в Кибоссу, где проживали павликиане. Вскоре Симеон возглавил движение, взяв себе имя Тит. В течение трех лет руководства Симеона в движение влилось множество новых сторонников, но уже в 690 г. император Юстиниан II организовал новую карательную экспедицию, в результате которой Тит и многие другие были казнены.
Среди выживших в этой чистке был некий Павел, который возглавил движение, назначив своим преемником своего старшего сына Гегнезия (Тимофея). Во время правления императора Льва Исауряна в Константинополь поступили новые жалобы на павликиан. Император приказал Гегнезию явится в Константинополь и предстать перед судом. Но Гегнезию, представшему перед патриархом, удалось ответить на все вопросы таким образом, чтобы, на словах соглашаясь с ортодоксией, вместе с тем не отречься от своей веры. Например, на вопрос патриарха о том, почему Гегнезий покинул Католическую церковь, он ответил, что не имел этого и в мыслях и только в Католической церкви можно найти спасение. Но под Католической церковью Гегнезий на самом деле имел в виду церковь павликиан. Патриарх затем спросил Гегнезия, почему павликиане отказываются почитать Матерь Божью. Тогда Гегнезий провозгласил анафему любому, кто отказывается почитать Матерь Божью, в которую вошел Христос и из которой он вышел. Но при этом он имел в виду не земную мать Иисуса, а невидимый небесный Град Божий, небесный Иерусалим, мать божественной жизни, доступ к которому для искупленных приготовил Христос, вступив туда как их предтеча. Затем патриарх спросил Гегнезия, почему он отказывается почитать крест. Гегнезий тогда провозгласил анафему любому, кто отказывается почитать крест, но при этом он имел в виду крест как символическое имя Христа. Наконец, Гегнезия спросили, почему он отказывается принимать от тела и крови Христа. Ответ на этот вопрос был тоже вполне удовлетворительным: под телом и кровью Христовой Гегнезий привык понимать учение Христа, которое он принимает всем сердцем. Таким же образом Гегнезий ответил и на вопрос о крещении водой, под которой он понимал самого Христа, живую воду, воду жизни. После того, как об этом суде доложили императору, Гегнезий получил от него охранное письмо, которое защитило его от всех будущих жалоб и преследований.
Впрочем, павликиане могли с самого начала пользоваться симпатиями и благосклонностью императора Льва Исауряна (известного также как Лев V Иконоборец): известно, что павликиане были решительными противниками поклонения изображениям, рассматривая его как суеверие и идолопоклонство. Гегнезий активно служил церкви павликиан в течении тридцати лет, а по его смерти его сменил сын Захария, при котором влияние павликиан распространилось за пределы Армении на территорию Малой Азии.
Наивысшего процветания церковь павликиан достигла при руководстве Сергия.
Сергий происходил из деревни Ания в окрестностях города Тавия в Галатии и примкнул к церкви в молодом возрасте. История обращения Сергия такова: однажды он вступил в разговор с женщиной из павликиан. На вопрос женщины о том, читал ли он Евангелие, Сергий ответил отрицательно: его могут читать только священнослужители, поскольку тайны Священного Писания слишком возвышенны для мирянина. На что женщина ответила, что Священное Писание предназначено для всех людей, и открыто для всех, поскольку Бог желает, чтобы всем открылась правда, но духовенство, которое запрещает мирянам его изучать, на самом деле хочет скрыть от мирян тайны божественного мира. Далее женщина спросила: о ком говорится в Евангелии как о пророках и чудотворцах, которых отвергнет Христос (Мат. 7:22-23), и кто есть отвергнутые «сыны царства» (Мат. 8:12)? Они –те, продолжала она, кого вы зовете святыми, кто изгоняет злых духов, кого вы почитаете, пренебрегая при этом почитанием живого Бога!
Сказанные слова произвели большое впечатление на молодого Сергия. Он усердно изучил писания апостола Павла, откуда почерпнул познания истинного содержания христианства. После изучения и принятия веры павликиан, Сергий стал учителем и усердно трудился во благо церкви 34 года, объездив всю Малую Азию, для содействия укреплению и развитию местных общин павликиан и распространения их веры. Он старался во всем наследовать апостолу Павлу, в частности, отказываясь получать средства от других и зарабатывая на жизнь трудом своих рук (работая плотником). Даже противники Сергия признавали его высокие моральные качества, добросердечность, строгое соблюдение провозглашаемых этических принципов в повседневной жизни. Сергий завоевывал последователей тем, что проповедовал и демонстрировал своими поступками практическую сторону христианского учения, которое церковники сводили к формальной ортодоксии. Также, Сергий привлекал к себе сторонников, демонстрируя противоречия между многими церковными предписаниями, и неизвестными мирянам высказываниями евангелистов и св. Павла.
Слушателями Сергия были не только миряне, но и монахи и священнослужители.
Начало IX ст. было благоприятным для павликиан. Византийский император Никифор I не преследовал инакомыслящих и предоставил павликианам свободу вероисповедания. В это же время внутри самой греческой церкви немало иерархов считало нехристианским преследование еретиков мечем, вместо этого видя свою обязанность в их мирном переубеждении и восстановлении на «путь истинный».
Репрессии в адрес павликиан возобновились во времена правления императора Льва V Армянина (813-820).
Он назначил инквизиторов – епископа Фому и аббата Паракондакеса – которым вменялось наставлять и возвращать в лоно церкви покаявшихся, и предавать мечу упорствующих «еретиков». Жестокость инквизиторов спровоцировала восстание павликиан в городе Циносхора, которые казнили инквизиторов, после чего бежали в часть Армении, находившуюся под властью сарацинов. Сарацины дружественно приняли павликиан как врагов Византийской империи, и выделили им для проживания город Аргаум. Продолжающиеся преследования павликиан в Византии вынуждали всё большее их число переселяться в эту часть Армении. Вскоре сюда переселился и Сергий. В отсутствие преследований павликиане сформировали внушительную силу. Погиб Сергий в 835 г., во время лесорубных работ (Сергий зарабатывал на жизнь в качестве плотника), его убил фанатический приверженец греческой церкви.
Гонения на павликиан усилились с приходом к власти императрицы Феодоры. Движение возглавил Карбей, который основал государство павликиан в очередной компании преследований павликиан, организованной императором Михаилом III. Преемник Карбея, его племянник Хрисохер возглавлял движение павликиан в 863-872 годах. Во время его правления павликиане достигли наибольших политических и военных успехов. Хрисохер организовал поход в Никомедию и Никею, во время которого, после взятия Эфеса, превратил его церковь св. Иоанна в конюшню. Во время этого похода павликиане захватили в плен множество священнослужителей. Для организации обмена пленными Василий I в 868 г. отправил к павликианам послом ученого монаха Петра Сицилийского. Он прожил девять месяцев среди павликиан и позднее описал собранные им факты в книге, которая по сегодняшний день является основным источником по их истории. Византии и павликианам не удалось договориться о мире, император Василий I, встревоженный силой павликиан, организовал поход на Тефрику, но он закончился неудачей, а павликиане, в ходе успешной контратаки, захватили Анкару. Одновременно павликиане организовывали походы против армян и арабов.
В конце концов, зятю Василия I Христофору в 872 году удалось разбить государство павликиан и захватить Тефрику. Хрисохер при этом был захвачен и обезглавлен.
По всей Западной Армении было умерщвлено около 100 тысяч павликиан: многие оставшиеся бежали в Восточную Армению и объединились с армянским движением тондракитов. Несмотря на это, сообщества павликиан продолжали существовать в Византии.
Императоры Константин V и Иоанн Цимисский переселили часть павликиан во Фракию, где в обмен на свободу вероисповедания они были обязаны сдерживать наступления скифов на Византию. В XI-XII столетиях павликиане оставались верными Византии, принимая на ее стороне участие в битвах с норманнами, хотя византийцы и делали попытки обратить их в «правильную» веру. Во время захвата Константинополя крестоносцами (1204) они еще застали их там.
Хоть и немногочисленные, общины павликиан продолжали существовать практически всё 2 тысячелетие н.э., распространившись по всей территории Византии. Так, в XVIII в. из-за религиозных преследований турками общины г. Никополиса (запад Греции), павликиане бежали за Дунай, осев в Банате (входившим тогда в состав Австро-Венгрии). Эти переселенцы стали называться Банатскими болгарами. До сих пор на границе Румынии и Сербии проживает 10-15 тысяч потомков павликиан – банатских болгар (хоть они и забыли свои прежние верования и сейчас исповедуют римо-католичество).
На территории самой Армении павликиане продолжали существовать под именем тондракийцев. Ликвидация армянских павликианских твердынь на территории Византии привела к усилению их стремления заново возродить это движение на родине, внутри Армении. Между 830-м и 840 годами некий Сумбат Зарехаванци начал миссионерскую работу в далеком районе Апахунике, близ города Манацкерт, к северу от озера Ван. Его штаб размещался в селении Тондрак, отсюда прозвище тондракийцы (тондракиты), данное позднее армянской ветви павликианского движения.
Тондракийцы были не только хорошо организованной религиозной сектой, но и внушительной
группой социальных реформаторов и мятежников. Они были враждебны феодальным князьям и властям, а также устоявшейся ортодоксальной армяно-григорианской церковной иерархии, с ее непомерными богатствами и полным контролем над идеологией, общественной жизнью и культурой населения в целом! Историк Иоанн Католикос (898-929 гг.) жалуется, что "низшие сословия стремятся стать умнее высших классов, а слуги, подобно Соломону, рассуждают о том, что хозяевам их следует носить сандалии и ходить пешком, а им самим ездить на великолепных гарцующих конях. Они стали дерзкими, исполненными гордыни и подняли великий мятеж".
Тондракийцы нападали на феодальные привилегии армянских нахараров, которые, объединившись со священниками, задались целью преследовать и подавлять их. Столкнувшись с хорошо организованным и глубоко укоренившимся движением социального протеста, армянские князья объединились в едином стремлении с арабскими эмирами-наместниками, сидящими в Двине. Арабский эмир Абул-Вард пошел в решительный поход против тондракийцев. Ему помогала в этом армянская знать Манацкертского региона. Сумбат Зарехаванци был взят в плен и казнен. Однако тондракитское движение не рассеялось с гибелью своего основателя, оно продолжало существовать на протяжении всего X столетия, заставляя большие территории Армении и Кавказской Албании дергаться в судорогах гражданских битв и социального протеста.
На территории восточной Армении следы павликиан прослеживаются до сер. XIX века.
Британский исследователь Конибер (Frederick Cornwallis Conybeare) зафиксировал дискуссии между павликианами и армяно-григорианским епископом в 1837 году.
Показать спойлер
Дошедшая до нас информация об учении павликиан весьма неполна и будет изложена в следующем сообщении.
TenOtcaGamleta
В традиционном христианстве считается само самою разумеющемся, что совершенный Бог является творцом
Вселенной. Вопреки этому, павликиане различали Демиурга, который является творцом видимого мира, и совершенного Бога, который имеет прямое отношение только к духовному миру, и не проявляет себя в чувственном мире. Соответственно, павликиане обвиняли католическую церковь в том, что она не различает эти две сущности, и, фактически, поклоняется Демиургу.
В своих диспутах с католиками павликиане подчеркивали, что, в отличие от них, поклоняющихся творцу этого мира, сами они верят в того, о ком Иисус говорил:
«А вы ни гласа Его никогда не слышали, ни лица Его не видели» (Иоан. 5:37).
Показать спойлер
Этим учение павликиан напоминает учение манихеев, базирующееся на противопоставлении сил Света и Тьмы. В то же время у ранних гностиков Демиург не соответствовал однозначно силам зла: скорее, творение видимого мира Демиургом рассматривалось как следствие космической катастрофы, «падения» его матери Софии в низшие сферы, вследствие чего возникла оторванность Демиурга от изначального источника полноты (Плеромы). Следует отметить, что, хотя противники павликиан часто ассоциировали их с манихеями, однако, согласно Фотию, сами павликиане открещивались от манихеев и осуждали их.
Какая из этих двух концепций более точно отвечает представлениям павликиан, достоверно не известно. Фотий обвинял павликиан в непоследовательности: якобы, некоторые из них приписывали сотворение небес Богу, тогда как другие – демиургу. Но это, скорее всего, следствие путаницы в терминах: в представлении павликиан, если понимать под «небесами» видимый небосвод, звездное небо, он является творением Демиурга, если же «небеса» понимать в духовном смысле (как обитель сакрального), то они – царство «совершенного» Бога. Данное представление – весьма непривычно для древнего мира: до возникновения астрономических знаний древним было свойственно обожествление (сакрализация) небесных светил, их движения: видимое небо считалось священным местом, обителью богов.
Например, согласно верованиям манихеев, Солнце и Луна состоят из частиц божественного света, которых не коснулась тьма. Павликиане же, задолго до возникновения современных астрономических знаний, не различали «небесную» материю и материю земную. Они придерживались дуалистической антропологии: в их представлении, человеческая природа состоит из двух сущностей: сотворенной Демиургом телесной, состоящей из материи, и духовной, имеющей божественное происхождение.
Душа человека рассматривается как изгнанница в телесном мире, который подобно кандалам сковывает и ограничивает в проявлениях ее высшую сущность. В отличии, например, от некоторых гностических сект, разделявших людей на несколько категорий и веривших, что полное освобождение от оков царства Демиурга доступно только для принадлежащих к высшей категории («пневматиков»), павликиане учили, что зародыш божественной жизни содержится в каждом человеке, и каждый при благоприятных условиях способен в той или иной форме воспринять послание божественной правды (апокатастасис Климента). Поэтому павликиане активно вели проповедническую деятельность.
Согласно сохранившимся отрывкам из Сергия, павликиане верили, что Демиург, «сотворив» человека путем соединения его духовной и телесной сущностей, пытался удержать Первого человека в абсолютном рабстве. Первый человек не должен был сознавать свою высшую природу, дабы у него не обнаружилось стремление высвободиться из царства Демиурга.
Отсюда – и повеление не есть от дерева познания добра и зла. Но Адам ослушался повеления Демиурга, и его непослушание разорвало оковы рабства; таким образом, он и его род достигли осознания своей высшей природы. Петр Сицилийский, легат, посланный византийским императором Василием I к павликианам для переговоров об обмене пленными, отмечает, что павликиане не считали «грехопадение» в Эдеме грехом, а наоборот, благом и необходимой предпосылкой для будущего искупления!
Сергий проводил параллели между поеданием Адамом и Евой запретного плода и их телесной связью (одно и другое обозначается одинаковым греческим словом «порнейя»). Он рассматривал это как благо, благодаря которому стало возможным размножение в человечестве семени божественной жизни и эволюция человеческой духовности. Таким образом, между представлениями павликиан, с одной стороны, и манихеев и многих гностиков, с другой, есть существенное отличие. И первые, и вторые считали материальный мир подобием темницы для частиц божественного света, сосредоточенными в человеческой душе.
Но если манихеи и, позже, западноевропейские катары, на этом основании считали нежелательными брак и рождение детей (поскольку это якобы приводит к увеличению «заключенных» частиц), то павликиане, напротив, полагали, что многообразие оригинальных человеческих личностей создает предпосылку для эволюции человеческой духовности, что подготавливает пути для разрушения царства Демиурга.
Павликиане верили в существование имманентной связи между человеческими душами и всевышним Богом, связи, которая не может быть разрушена Демиургом. Каждая душа содержит Божественное откровение, и благодаря этому способна противостоять влиянию Демиурга. Это, по мнению павликиан, подтверждают слова из Евангелия от Иоанна:
«В нем была жизнь, и жизнь была свет человеков. И свет во тьме светит, и тьма не объяла его (Иоан. 1:4-5). Этот свет в частности проявляет себя в присущем всем людям чувстве правды. Вместе с тем, человеку присуща свобода воли, и именно от его решения зависит, подчинится ли он власти греха, угнетая зерно божественного света в своей душе, или же будет следовать путем, предначертанным божественным откровением, тем самым, взращивая в себе зерно божественной жизни, даруя ему свободу и силу. Однако же, как бы низко ни пал человек, благодаря самой своей природе он не может быть полностью и навсегда лишенным вечной своей причастности к Богу. Поэтому, даже погруженный во мрак разум того, кто добровольно отдался во власть Демиурга, сохраняет способность воспринимать лучи света Правды; ибо Бог был, есть и будет, и в любые, самые темные и жестокие времена возможно его откровение человеку!
В системе павликиан важное место занимает доктрина искупления. Отдельные лучи откровения «непостижимого» Бога, воспринимаемые душами, заключенными в царство Демиурга, недостаточны для полного освобождения этих душ и совершенного их причастия Божественному Существу. Должен существовать более эффективный способ раскрытия Божества человечеству и освобождения последнего от владычества Демиурга. Это и было предназначением прихода Спасителя. Спаситель, согласно учению павликиан, пришел на землю в качестве небесного существа, будучи посланцем Высшего мира (небесный Град Божий), который есть источник божественной жизни. После выполнения своей земной миссии, Спаситель вновь вознесся в свое небесное обиталище. Что касается природы его тела, то тело из обычной «земной» материи наверняка сковывало бы возможности Спасителя, накладывало бы на него узы царства Демиурга. Поэтому тело Спасителя напоминало обычное только внешним видом, на самом же деле состояло из некоего «тонкого» вещества, привнесенного из Высшего мира. Собственно, это и дало ему возможность совершить чудеса, описанные в Евангелиях.
Мария же (мать Иисуса) послужила лишь каналом, инструментом пришествия Спасителя в этот мир.
Павликиане категорически противились почитанию Марии как Богоматери. При этом они ссылались на содержащиеся в евангелиях указания о том, что у нее были другие сыновья после Иисуса (следовательно, она не может считаться «девой») – в Евангелиях неоднократно упоминаются братья и сестры Иисуса (напр., Мат. 12:46-48; Мат. 13:55-56; Лк.8:19-21). Также нигде мать Иисуса не называется в числе его ревностных последователей, распространителей его учения.
В Деяниях святых апостолов не указывается, присутствовала ли «Дева» Мария даже в день Пятидесятницы среди апостолов, когда на них сошёл Святой Дух в виде огненных языков. Существуют и косвенные указания на слабость ее веры. Во всяком случае, Иисус нигде ничем не выделяет свою мать, тем более не призывает поклоняться ей. Об этом есть свидетельства в Евангелиях: когда одна женщина попыталась возвеличить Марию, Иисус возразил против этого:
«...одна женщина, возвысивши голос из народа, сказала Ему: блаженно чрево, носившее Тебя, и сосцы, Тебя питавшие! А Он сказал: блаженны слышащие Слово Божие и соблюдающие его» (Лук.11:27-28)!
Когда ему сказали:
«Вот матерь Твоя и братья Твои стоят вне, желая говорить с тобою. Он же сказал в ответ говорившему: кто матерь Моя, и кто братья Мои? И указав рукою Своею на учеников Своих, сказал: вот матерь Моя и братья Мои; ибо кто будет исполнять волю Отца Моего Небесного тот Мне брат и сестра и мать» (Мат.12:46-50; Лука 8:20-21; Марк 3:31-35).
Современные ученые сходятся на том, что культ Богородицы – гораздо древнее христианства и восходит к древнейшим верованиям. В древнем Шумере поклонялись главной богине Инанне; в древнем Вавилоне поклонялись богине Иштар, в древнем Египте существовал культ Изиды, которую часто изображали держащей на руках младенца – Гора; в Греции роль богини-матери играли Артемида и Кибела. У многих народов присутствуют легенды о непорочном зачатии бога.
Известно, что в течение первых столетий церкви не придавали никакого значения Марии вообще. Культ Богородицы был признан официальной доктриной на Вселенском Соборе в Эфесе в 431 году, очевидно, с целью «примирения» христианства со всё еще популярными в народе языческими культами.
Каково было отношение павликиан к смерти Спасителя на кресте?
Демиург, сознавая, что жизнь и деяния Иисуса угрожают разрушению его царства, побудил своих слуг распять его, но он не достиг цели, потому что Христос, благодаря «высшей» природе своего тела, был защищен от физических страданий. Вместе с тем, павликиане придавали распятию Христа символическое значение: Христос снизошел из Божественного мира в царство Демиурга, «пропустив» себя через него (подобно тому, как вода проходит через почву). Павликиане (как и гностики) не принимали свойственной современным христианам абсурдной доктрины об «искупительной жертве» Христа, якобы искупившего своими страданиями грехи человечества.
Вообще, страдания Христа на кресте (если бы они вообще имели место) не имели бы никакого смысла.
Павликиане почитали крест как геометрическую фигуру (изображая Христа с руками, распростертыми в форме креста), и, вместе с тем, осуждали поклонение кресту как куску дерева, орудию казни злодеев и символу проклятия.
Показать спойлер
Что касается подобающего образа жизни и соблюдаемых церковных обрядов, павликиане выступали за восстановление той простоты, которая была свойственна апостолам. По мнению павликиан, многочисленные внешние церемонии и ритуалы греческой церкви свидетельствуют об ее духовном упадке. Павликиане решительно боролись против представлений о магических эффектах от «внешних» церемоний, в особенности – церковных таинств, якобы способных исцелять болезни, решать другие проблемы. Они полностью отказались от внешних церемоний, связанных с отправлением таинств. Павликиане отрицали, что Христос якобы учредил крещение водой как предписание для будущих христиан; они утверждали, что под крещением он имел в виду лишь крещение Духом, так как благодаря своим учениям Христос сам стал живой водой для очищения человеческой природы. Также павликиане утверждали, что поедание плоти и крови Христа на самом деле является метафорой, суть которой состоит во вступлении в жизненную связь с ним посредством принятия его учения, его слова, которые суть – его настоящие тело и кровь. Под своим телом и кровью Христос имел в виду не реальные, материальные хлеб и вино, а свои слова, которые для души внимающего им человека значат то же, что материальные хлеб и вино означают для его тела.
И в заключении.
TenOtcaGamleta
В традиционной церкви, по мнению павликиан, имело место смешение христианских, иудейских и политически мотивированных элементов, что и послужило причиной ее испорченности. Павликиане стремились к возвращению к апостольским традициям, обычаям, образу жизни. Во всех своих действиях они старались следовать путем апостольской простоты, тщательно избегая всего, напоминающего иудейские или языческие ритуалы. Поэтому, в частности, они никогда не называли места своих собраний храмами (что навевало образы иудейского и языческих храмов), вместо этого более скромно называя их «ораториями».
Главным сакральным ритуалом они считали молитву.
Характерной чертой павликиан было полное отсутствие какой-либо иерархии, деления между ними. Вообще, они крайне негативно относились ко всякого рода общественным иерархиям, делениям людей на «высшие» и «низшие» категории. Наивысшей возможной привилегией среди них считалась принадлежность к христианам, которая означала обладание полным и чистым знанием Истины.
Павликиане верно считали клир государственной церкви сформированным по модели Ветхого завета.
Характерной сутью христианства, по их представлениям, было высшее братство жизни, включавшее людей всех классов и положений и не признававшее различий между клиром и мирянами. У них были люди, занимающие определенные церковные должности, но они считались обычными членами общины, и не выделялись среди других ни одеждой, ни другими знаками отличий. Во главе церкви павликиан находились учителя, считавшиеся пробужденными Духом Божьим (самого Сергия считали пророком).
Показать спойлер
Среди павликиан были классы учителей и пасторов, посланцев веры, миссионеров, переписчиков документов. Хотя учение павликиан призывало к моральному благочестию, их жизнь была свободна от
многих запретов и предрассудков, свойственных другим общинам того времени.
В частности, у павликиан отсутствовали пищевые запреты (например, на поедание удавленины), которые налагала тогдашняя греческая церковь (павликиане считали эти запреты иудейскими предрассудками, что верно). С презрением павликиане относились к религиозным постам. Оппоненты обвиняли павликиан в том, что они без колебания прибегали ко лжи во имя благой, по их мнению, цели. Фотий утверждает, что они без колебаний могли отречься на словах от своей веры, если этого требовали обстоятельства. Часто, перед лицом угрозы, которую могло представлять открытое исповедование своей веры, павликиане прибегали к словесным уловкам, о чем ярко свидетельствует вышеописанный допрос Гегнезия в первом посте.
Хотя критики видели в этом признак «слабости» веры, причина такого отношения павликиан кроется совсем в другом. Они не придавали значения каким бы то ни было внешним проявлениям, включая словесные высказывания. Важным было состояние души человека, содержание его сознания, зов сердца.
Павликиане боролись за свою правду и проповедовали ее. Но если обстоятельства складывались таким образом, что правда не могла быть услышана и, мало того, могла навлечь беду на провозглашавшего ее, павликианин мог с легким сердцем солгать на словах, оставаясь в душе верным своим убеждениям. Естественно, это противоречило идеалам и представлениям тех, кто силу веры и убеждений человека
усматривает в его готовности идти на казнь с высоко поднятой головой, оставаясь верным своей вере. Павликиане же считали, что это противоречит самому духу христианства, которое человека, его душу, ставит выше формальных принципов и абстрактных идей. Павликиане не признавали святость клятвы, считая это языческим предрассудком. Слова веры были для них способом и инструментом донесения ее до готовых ее услышать, а не идеей, за которую стоит отдавать жизнь.
Они не признавали авторитет Вехого завета, считая иудаизм порождением Демиурга, и отрицали какую-либо связь между Ветхим и Новым заветом. Пророки, проповедники и учителя, учившие и проповедовавшие в духе Ветхого завета, по их мнению, не несли знания об истинном Боге и не способствовали свободному развитию божественного естества в человеке, а наоборот, вели людей на ложный путь поклонения Демиургу.
Эту свою точку зрения павликиане подкрепляли словами из Евангелия от Иоанна:
«Все, сколько их ни приходило передо мною, суть воры и разбойники; но овцы не послушали их» (Иоан. 10:8).
Они придавали большое значение авторитету апостола Павла; они считали его послания важнейшим источником знаний о христианской доктрине, уступавшим по значимости только словам самого Христа в Евангелиях.
Павликиане признавали авторитет всех четырех евангелий в том, что касается содержащихся в них высказываний Христа; вместе с тем, только два евангелия – от Луки и от Иоанна – почитались ими в качестве абсолютно правдивых и неискаженных источников религиозных истин. Полностью отвергались ими послания Петра, которого они не считали настоящим апостолом, причисляя его к «ворам и разбойникам», исказившим истинное учение. В подтверждение этой точки зрения павликиане приводили евангельский рассказ об отречении Петра от Христа, что в их понимании символизирует его отречение от истинного его учения.
Петр (которого павликиане презрительно называли «иудействующим» апостолом), по их мнению, пытался «приспособить» христианство к законам и обычаям иудаизма (о чем можно узнать из главы 2 Послания Павла к Галатам). Фактически, Петр заменил истинное христианство неким гибридом из иудаизма и элементов христианства, который в большой степени послужил основой для вероучения традиционной кафолической церкви.
Показать спойлер
Государственная церковь считала павликиан еретиками, но они всё же были выразителями истинного, неиспорченного христианства – учения, которое проповедовали Христос и апостолы! Учения, которое было сильно искажено иудеями и "римлянами", «адаптировавшими» его к текущим социально-политическим реалиям и превратившими его в еще один инструмент идеологического влияния на массы, по своей сути мало отличающийся от языческих религий.
Жизнь обязательно победит!
Pravsib
"А деспот пирует в роскошном дворце,
Тревогу вином заливая!
Но грозные буквы давно на стене,
Уж чертит рука роковая!" А. Архангельский, 1870-е - начало 1880-х гг.
Здравствуйте, уважаемые читатели и друзья!
Уверен, вам не нужно напоминать, что это за слова, которые упомянуты в прологе моего поста?
Они начертаны таинственной "рукой" на стене во время пира вавилонского царя Валтасара в ночь своей гибели от рук персидского царя Кира: "мене, мене, текел, упарсин" ивр., (по-арамейски: «мина, мина, шекель и полмины», меры веса). Всякий знает, что они означают!
Я привел их напомнить, что мы все в земной нашей юдоли находимся под Судьбой!
Смерть и разрушение здесь – неотъемлемые атрибуты нашего тленного бытия. Судьбой же управляют те самые "ангели, архангели и вся небесные сили", о которых я много говорил и приводил слова апостола Павла - о началах, стихиях, архонтах и "мироправителях тьмы века сего", о "духах злобы в небесах" - с которыми единственно "брань" у христианина - а не с людьми (плотью и кровью) или социумом, которая ведет к освобождению от власти их Судьбы, от власти сатаны:
"Ибо я уверен, что ни смерть, ни жизнь, ни Ангелы, ни Начала, ни Силы, ни настоящее, ни будущее, ни высота, ни глубина, ни другая какая тварь не может отлучить нас от любви Божией во Христе Иисусе, Господе нашем."(Рим.8) "Потом конец, когда Он предает Царство Богу и Отцу, когда Он упразднит всякое Начало и всякую Власть и Силу. Ибо надлежит Ему царствовать до тех пор, пока Он не положит всех врагов под ноги Свои.
Как последний враг, упразднена будет Смерть." (1Кор.15)
http://svitk.ru/004_book_book/11b/2367_valberg-gorhehnaya_tematika_i_rannee_hristianstvo.php
Космос, "сущий" есть тело его Творца, как и эти "Ангелы", как и мы в нашей плотской и душевной части.
Мы - как и прочие Силы и энергии, неотъемлемая часть природы, часть бога Творца мира и находимся во взаимо-подчинении в нем, в иерархии причинно-следственных связей. Прах к праху.
Изначально, каждый носит в себе образ Адама - человека из праха. Смерть это результат естественной связи природы потомков Адама с природой их прародителя Горшечника, князя мира сего.
Освобождение, рождение Свыше - от Духа Разума, раскрытие в нас Человека с Неба к Жизни Вечной несет Христос - Разум и Мысль Светлая - идея Отца Небес о нас. Идея Отца о Себе Самом.
Во Христе, в Уме мы свободны от Судьбы - ведь Судьба господствует лишь над глиной:
"Первый человек - от земли из праха; второй Человек - Господь с неба. Каков перстный, таковы и перстные и каков Небесный, таковы и Небесные" (1Кор.15) Сеется тело душевное, а восстает тело духовное!
"Он стёр осуждавшую нас рукопись с постановлениями, рукопись, которая была против нас, и Он устранил её, пригвоздив её ко кресту. Обезоружив Начала и Власти, Он выставил их напоказ, восторжествовав над ними на кресте." (Кол.2) Вписав Мысль в Книгу Жизни!
В мысли и уме Отца мы подобны самому Отцу и недоступны дьяволу! Иисус об этом говорил просто:
"Если мир вас ненавидит, знайте, что Меня прежде вас возненавидел. Если бы вы были от мира, то мир любил бы свое; а как вы не от мира, но Я избрал вас от мира, потому ненавидит вас мир." От Иоанна, гл. 15
https://days.pravoslavie.ru/Bible/Zin_15_17________16__2.htm
Дьявол действительно любит свое и щедро (но не бесплатно!) раздает власть и богатство в мире!
Оглянитесь, сейчас удивительные времена - вы воочию можете убедиться в правоте каждой "йоты" из учения Христа! Кто от мира и отца лжи - богатые и властные, служат им и уже "получают награду свою" здесь:
"Поэтому Ошибка стала сильной. Она глупо трудилась над собственным делом, не познав Истину. Она распространялась вместе с творением, готовя в Силе и Красоте замену Истине!" Евангелие Истины
Истина на земле невзрачна, бедна, разодрана, унижена и избита - но Царство Её не отсюда!
Я продолжу.
TenOtcaGamleta
"Вот идет князь мира сего и во Мне не имеет ничего!", - не имеет, потому что рожден в Безумии, без сотоварища Софии - Души мира и "матери" его Творца, - Христа Разума! Мир и его Князь - вне Христа лежит! Но Христос внутри нас - Искра Света-Разума, мы Его Храм и Он избрал нас от мира! Церковь Свою в Духе и Истине! "В мире будете иметь скорбь, но мужайтесь - Я победил мир!"
"Кто любит мир, в том нет любви Отчей"! Но кто же любит мир? Кто держится мертвой хваткой за власть и богатства, не брезгуя ложью, лицемерием и презрением к Правде? Восходя по трупам к сатане.
Внимай, небо, я буду говорить; и слушай, земля, слова уст моих. Польется как дождь учение мое, как роса речь моя, как мелкий дождь на зелень, как ливень на траву. Имя Яхве прославляю; воздайте славу Богу нашему... Сие ли воздаете вы Господу, народ глупый и несмысленный? не Он ли Отец твой, Который усвоил тебя, создал тебя и устроил тебя?
Вспомни дни древние, помысли о летах прежних родов; спроси отца твоего, и он возвестит тебе, старцев твоих, и они скажут тебе. Когда Элохим давал уделы народам и расселял сынов человеческих, тогда поставил пределы народов по числу Сынов Божиих; ибо часть Яхве народ Его..
Второзаконие, гл. 32
Друзья, открыто и прямо, Яхве говорит, что его народ - его часть! А сам Яхве - один из "сынов Божиих"!
Мы с вами уже касались этой интереснейшей темы - свидетельства первоначального политеизма в Таннахе! Ведь истоки его в Угаритских текстах, в Вавилонии и то, что в Ветхом завете передано как Всевышний - есть царь Богов Эл (Элохист), а то, что передано как Господь есть племенное божество иудеев Яхве (Яхвист) - в Библии два разных эпизода творения! Что бы скрыть это, уже масореты поставили в приведенном выше тексте не "Сынов Божиих", а "сынов Израилевых".
Тема в литературе разобрана хорошо с комментариями отцов церкви и иудеев, частично:
Показать спойлер
Восьмой стих тридцать второй главы Второзакония известен разницей в чтениях в разных текстуальных свидетельствах.

Приведём некоторые переводы:

Синодальный перевод: «Когда Всевышний давал уделы народам и расселял сынов человеческих, тогда поставил пределы народов по числу сынов Израилевых*; //*В греческом переводе: по числу Ангелов Божиих.»

Церковно-славянский перевод (транслит): «Егда разделяюще вышний языки, яко разсея сыны адамовы, постави пределы языков по числу ангел Божиих».

Современный перевод "Российского Библейского общества" 2011 г.: «Когда Вышний народам владенья давал, когда Он разделял человеческий род, народам наделы Он определил по числу Божьих сынов» {1}.

1. Иудейские толкователи

1.1. Раши

"когда Всевышний оделил племена" - Когда Святой, благословен Он, оделил гневивших Его - затопил их и унес их водами. "когда разделил Он сынов человеческих" - Когда Он рассеял поколение раскола, в Его власти было истребить их из мира, однако Он не сделал этого, но... "установил пределы народов" - Он дал им существовать и не погубил их. "по числу (или: для числа) сынов Исраэля" - Ради числа сынов Исраэля, которые произойдут от сынов Шема; и по числу семидесяти душ сынов Исраэля, которые сошли в Мицраим, Он установил пределы народов - семьдесят языков [Сифре] {2}.

2. Отцы Церкви

2.1. Сторонники чтения "по числу ангелов Божиих"

2.1.1. Свт. Григорий Двоеслов

Высшее оное гражданство состоит из Ангелов и человеков и, по нашему мнению, в него взойдет столько рода человеческого, сколько там осталось избранных Ангелов, как написано: постави пределы языков по числу Ангел Божиих, то должны и мы извлечь нечто из оных разделов высших граждан в пользу нашего обращения и добрыми расположениями воспламенить самих себя к приращению добродетелей. Поскольку же, по нашему мнению, туда взойдет такое множество людей, какое множество осталось Ангелов, то следует, чтобы сами уже люди, возвращающиеся в Небесное Отечество, при возвращении туда, подражали чему-либо, заимствованному из их сонмов. Ибо обращения каждого человека точно соответствуют чинам сонмов и примиряются к их участи подобием обращения. Ибо есть многие, которые получают мало, и однако же об этом самом малом не престают с благоговением возвещать братиям. Следовательно, они стремятся в число Ангелов {3}.

2.1.2. Св. Дионисий Ареопагит

Провозвестнический же чин Начальств, Архангелов и Ангелов попеременно начальствует над человеческими Иерархиями, чтобы в порядке было восхождение и обращение к Богу, общение и единение с ним, которое и от Бога благодетельно распространяется на все Иерархии, насаждается чрез сообщение, и изливается в священнейшем стройном порядке. Потому Богословие вверяет священноначальство над нами Ангелам, когда называет Михаила князем иудейского народа (Дан. 10:13, 21), равно как и других Ангелов князьями других народов: «ибо Вышний постави пределы языков по числу Ангел Божиих».

Если кто спросит: как же один только Еврейский народ удостоен, был Божественных откровений? – На это должно отвечать, что уклонение других народов к ложным богам не должно вменять доброму правлению Ангелов; но сами народы добровольно отпали от прямого пути, ведущего к Богу, по самолюбию, гордости и безрассудному почитанию вещей, в которых они думали находить Божество. Этому подвергался и самый народ Еврейский, по свидетельству Писания. «Ты отверг познание Божие» (Ос. 4:6), говорит оно, «и ходил в след сердца своего» (ср. Чис. 15:39) {4}.

2.1.3. Блж. Феодорит Кирский

Божественное Писание также свидетельствует, что и над каждым народом поставлен ангел; потому что Ангел, беседовавший с пророком Даниилом, наименовал и князя персского, и князя еллинского, и Михаила, князя иудейского. И великий Моисей говорит в песни: «егда разделяше Вышний языки, яко разсея сыны Адамовы, постави пределы языком по числу ангел Божиих». Поэтому, если одному ангелу поручено начальствовать над сими, а другому над теми, каждый же человек проводит жизнь под смотрением, одного ангела; то, очевидно, ангелы имеют ограниченную сущность. А если справедливо это (как и действительно справедливо); то имеют они нужду в месте; потому что одно Божество, как неограниченное, не заключается в месте. Но если ангелы ограничены местом; то как им существовать прежде неба и земли? Ибо, пока нет содержащего, может ли быть содержимое? {5}

2.2. Сторонники чтения "по числу сынов Израилевых"

2.2.1. Прп. Ефрем Сирин

От дней Адама Бог «постави пределы языков по числу сынов Израилевых»; определил, чтобы число разных племен и языков равнялось числу сынов Израиля, вошедших с Иаковом в Египет в числе семидесяти душ {6}.

3. Толкования теологов:

3.1. Толковая Библия А. П. Лопухина:

Расселяя на земле после потопа и столпотворения человеческий род, Господь уже предвидел те географические грани, в которые будет заключен Его будущий избранный народ; расположение и пределы других народов как бы стояли в теснейшей связи с численностью, пределами и назначением Его «удела» (Исх. 19:15) {7}.

3.2. Алден Томпсон

В Ветхом Завете небесный совет используется также и для «контроля» над богами других народов. Это трудно себе представить для христианского богослова, который видит в языческих богах только деревяшки и камни. Однако и в наше время консервативные христиане верят в господство злых сил, хотя совершенно не верят в существование языческих богов. Нам трудно принять мысль, что боги язычников были падшими ангелами, но, похоже, такое представление не чуждо Ветхому Завету. Рассмотрим важнейшие отрывки, которые говорят об этом.

Вначале нам следует вспомнить, что, как уже говорилось, Бог не сразу открыл Израилю, что Он есть единственный истинный Бог вселенной. Да, многие ветхозаветные отрывки провозглашают, что никто, кроме Яхве, не вправе именоваться Богом. Рассказ о сотворении мира в Быт 1 и многие псалмы утверждают, что есть только один Бог, создавший мир и все, что в нем есть. Но обычный израильтянин сталкивался с проблемой иного, низшего уровня: «Да не будет у тебя других богов (Elohim) пред лицем Моим». Что же это за другие боги (Elohim)? Это боги (Elohim) других народов. Яхве — Elohim в Израиле и для Израиля, Дагон — Elohim для филистимлян, Хамос — Elohim для моавитян и так далее. Библия не слишком часто говорит о подобных представлениях, но если рассмотреть вместе все ее свидетельства, мы получим достаточно ясную картину.

Одно из самых ярких и важных свидетельств такого рода содержит Втор 32:8–9. Вот как это место звучит в переводе RSV:

Когда Всевышний давал уделы народам и расселял сынов человеческих, тогда поставил пределы народов по числу сынов Божиих; ибо часть ГОСПОДА (Яхве) народ Его, Иаков наследственный удел Его.

Этот поэтический отрывок говорит о том, что Израиль (Иаков) принадлежит Яхве, но другие народы принадлежат «сынам Божиим». И вы найдете в переводе RSV любопытное примечание. Классический еврейский текст, который передавали друг другу раввины, звучит иначе: «тогда поставил пределы народов по числу сынов Израиля». В таком виде это место кажется загадкой или бессмыслицей.

В Септуагинте (греческом тексте Ветхого Завета) вместо «сынов Израиля» стоит «ангелов Божиих», в связи с чем многие ученые предполагали, что в оригинальном еврейском тексте использовалось выражение «сынов Божиих (Elohim)». Очевидно, благочестие и монотеизм помешали переписчикам согласиться с таким выражением, так что они видоизменили текст, заменив «сынов Божиих» на «сынов Израилевых». Когда были найдены Свитки Мертвого моря, среди них был найден, быть может, один из самых сенсационных документов — часть еврейской Библии, куда входил и данный отрывок. И эта находка подтвердила правоту гипотезы, основанной на изучении греческого текста Ветхого Завета: в соответствующем месте рукописи стояло «сынов Божиих». Таким образом, можно с большой уверенностью сказать, что представленный выше перевод RSV точен, а потому данный текст крайне важен для понимания ветхозаветных представлений о небесном совете {8}.

4. Научные исследования

4.1. С. Ю. Петров

"Своеобразную иронию истории можно видеть в том, что угаритские тексты не сохранили миф о разделе мира Элом на уделы между ханаанейскими богами, однако такой миф сохранила Еврейская Библия в составе Второй (предсмертной) песни Моисея (Втор. 32, 1—52): «Когда уделял (bəhanḇel) Вышний племена (goyim), когда делил он (bəhapḇrido) сынов человеческих (bəne ’adam), тогда поставил пределы народов («ammim) по числу Сынов божиих (bəne ’elohim), и вот, часть Яхве – народ его, Иаков – жребий удела его» (Втор. 32, 8—9)".

"Список народов в 10-й главе Книги Бытия завершается словами: «Вот семьи (mišpəḇot) сынов Ноевых, по родам их (toldotam), в племенах их (goyehem). От них разделились (nip.redu) племена (haggoyim) по земле после Потопа» (Быт. 10, 32). Здесь для описания расселения народов по земле используется тот же самый глагол parad «делить», что и во Втор. 32, 8, поэтому можно предполагать, что в данных двух текстах речь идёт об одних и тех же событиях, и рассматривать 10-ю главу Книги Бытия как своего рода подробное примечание к Втор. 32, 8—9.

Содержащийся в указанной главе Список народов перечисляет 70 племён, в т.ч. 14 потомков Иафета (Гомер, Магог, Мадай, Иаван, Фувал, Мешех, Фирас, Аскеназ, Рифат, Фогарма, Елиса, Фарсис, Киттим, Доданим), 30 потомков Хама (Хуш, Мицраим, Фут, Ханаан, Сева, Хавила, Савта, Раама, Савтеха, Шева, Дедан, Нимрод, Лудим, Анамим, Легавим, Нафтухим, Патрусим, Каслухим, Кафторим, Сидон, Хет, Иевусей, Аморей, Гергесей, Евей, Аркей, Синей, Арвадей, Цемарей, Химарей) и 26 потомков Сима (Елам, Асур, Арфаксад, Луд, Арам, Уц, Хул, Гефер, Маш, Сала, Евер, Фалек, Иоктан, Алмодад, Шалеф, Хацармавеф, Иерах, Гадорам, Узал, Дикла, Овал, Авимаил, Шева, Офир, Хавила, Иовав). Израиля в этом списке нет, поскольку он – «жребий удела» (.e.el na.alato) бога богов (Втор. 32, 9). Из этого можно заключить, что у евреев, как и у угаритян, бытовало представление о семидесяти богах, подчинённых верховному богу".

4.2. Гектор Авалос

Большинство современных читателей, по всей вероятности, не ожидают от Библии одобрения политеизма. Посмотрим на перевод Втор. 32:8-9 в Новой Американской Библии(NAB), американском католическом переводе: "Когда Всевышний определил народам их наследие, когда Он расселил потомков Адама, Он определил границы между народами по числу сыновей Божьих; тогда как собственным уделом Господа был Иаков, его наследственной долей был Израиль".

Большинство читателей упустит тот факт, что "Всевышний" и "Господь" это два разных бога, среди множества других богов в этом тексте. Термин переведённый как "Всевышний", по всей видимости, является именем божества, произносимым как "Элион", термин переведённый как "Господь" соотносится с еврейским именем, которое мы произносим как "Яхве", это основное божество древнего Израиля.

Политеистическая природа этого отрывка становится более понятной в свете монументальных открытий, начиная с 1929 г., текстов в городе Рас Шамра, в современной Сирии. В Рас Шамре, на самом деле, находятся остатки древнего города Угарит, расцвет которого пришёлся на XIV в. до н.э. В Угарите найдено множество текстов на угаритском, языке, близком к ивриту, но не известном до этих открытий. Тексты из Угарита подтвердили, что некоторые имена для израильских божеств были, вероятно, заимствованы из доизраильских культур, а имя "Элион" можно найти в качестве эпитета, а иногда и как имя отдельного божества...

Соответственно и некоторые исследователи говорят о том, что во Втор. 32:8-9 "Всевышний", вероятно, относится к божеству "Элиону", которое главенствует в пантеоне и отделено от Яхве. Яхве выступает в роли сына этого божества. Элион делит мир и сын Элиона по имени Яхве получает в качестве своей доли землю Израиля. Наиболее очевидный признак политеизма это отсылка к той фразе, которую NAB переводит как "сыновья Божьи". В большинстве пантеонов древнего Ближнего Востока боги считались имеющими таких же божественных родителей. В свитках Мёртвого моря, которые являются старейшими манускриптами еврейской Библии, сохранилось вероятно более раннее прочтение "сыновей Эла" или "сыновей Элохим". "Сыновья Эла" здесь боги, чьим отцом является бог по имени Эл. Тот факт, что древние редакторы понимали политеистическую природу этого выражение("сыновья Эла"), вероятно, побудил редакторов стандартного текста еврейской Библии, именуемого масоретским, заменить "боги", на "сыновья Израиля". В некоторых греческих переводах вместо "боги" или "сыновья Эла" стоит "ангелы Божьи".

Новый Исправленный Стандартный Перевод(NRSV), американский мультиконфессиональный перевод, лучше передаёт оригинальное политеистическое выражение: "согласно числу богов", близко к написанному в кумранских рукописях. Тем не менее, остальные современные переводы до сих пор плохо отражают политеизм отрывка.

4.3. Эммануил Тов

Втор. 32:8. Масора למספר) בניישדאל) (= Самарянское Пятикнижие, Таргумы Онкелоса, Ионатана, Фрагментарный, Неофити, Пешитта, Вульгата)
(по числу) сынов Израилевых...
4QDeutj בני אלהים <предпочтительно> (по числу) сынов Божьих
Септуагинта 848 106с υ1ών θεου
Септуагинта большинство MSS αγγέλων θεου (=Аквила)

В гипотетическом оригинальном варианте, реконструированном на основании 4QDeutJ и Септуагинты, Песнь Моисея имела в виду собрание богов (ср. Пс 82; 1 Цар 22:19) [44], на котором "Всевышний, Элйон, установил границы народов, по числу сынов Бога Эла" [45]. В следующем стихе подчеркивается, что Господь, יהוה , взял Израиль себе. В предполагаемом первоначальном контексте Эл и Элйон не стандартные имена Бога Израиля, а имена богов, известных также и в ханаанском и угаритском пантеонах. Вероятно, переписчика одного из ранних текстов, отраженного в Масоре, Самаритянском Пятикнижии, Таргумах, Пешитте, Вульгате, смутила такая политеистическая картина, и он заменил "сынов Эла" на בני ישראל (сынов Израилевых), придав тексту иную направленность.
Показать спойлер

Но я не об этом, а о том, что как космос - есть часть тела его Творца, так и каждый народ, государство, империя - управляем Ангелом Творца, вот что главное! Они - его часть! Эзотерически - его Эгрегор. Именно поэтому, в борьбе за первенство, Стихии мира сего - Духи злобы в небесах, Начала и Власти, Мироправители тьмы века (эона) сего - толкают свои обезумевшие стада на смертный бой во взвимо-пожирающей их борьбе. Путем судьбы и заложенных в них инстинктов. Прослеживая историю богов, мы видим историю развития империй - от политеизма к монотеизму. Так Яхве стал у иудеев Творцом мира, что и воспринято ортодоксами. Путем бессознательных рефлексов в людях (да и во всем "живущем").
Но рожденные Свыше, от Христа Разума и во Христе - избраны от мира и мирским кукловодам не подвластны!
Они не часть "господа" этого мира, не руководимы его Ангелами, Архонтами, обеспечивающими власть, богатство, силу и красоту - это их враги, враги Истины, ведущие к смерти, - но часть Отца Небес и движимы Разумом и Милосердием, а не животными инстинктами.
Pravsib
Друзья,
наткнулся на интереснейший манихейский источник из Турфанского оазиса на чистейшем уйгурском языке:
Хуастванифт (Xuastvanift), что означает Исповедание (Покаяние), ок. 10 века.
Текст состоит из 15 разделов-гимнов и завершения. Каждый раздел представляет собой обращение к Богу с формальной исповедью просьбой отпустить конкретный грех и первый же стоит отметить:
Бог Хормузта вместе с Пятью божествами по наущению всех Богов пришел для того, чтобы сразиться с демонами; он спустился (из царства Света) и сразился с порочным (букв. «совершающим неблаговидные греховные поступки) Šïmnu и с пятью видами демонов. Бог (tngri) и демоны (yek), Свет (yaruq) и Тьма (qara) в то время смешались. Сыновья (oglanï) Бога Хормузты, Пять божеств, наши сущности, некогда сразившись со (скопищем) демонов, были изранены, и, приобщившись к порочным знаниям главного среди всех демонов, ненасытного бесстыдного алчного Дьявола и ста сорока туменов демонов, утратили разум и сознание.
Они забыли и отринули вечную землю Богов, в которой они сами были рождены и взращены, и отделились от светлых Богов. С тех пор, мой Бог, если из-за того, что порочный Šïmnu совратил наш разум и (наши) мысли, и в последующее время мы стали лишенными знания и разума и как-либо заблуждались и ошибались относительно основы и корня всякой светлой сущности и чистого и светлого Бога Зервана, и говорили, что и Свет и Тьма, и Бог и Демон суть его основа и корень, и говорили, что если дает жизнь, то дает Бог, если приводит к смерти, то приводит Бог, что добро и зло — все создано Богом, если мы говорили, что вечные боги созданы и что Бог Ормазд и Шимну являются братьями (букв. младшим и старшим братом), мой Бог, если мы когда-либо, не ведая, ложно говорили относительно Бога столь велико-хулительные слова, совершали такой смертный грех, мой Бог, ныне я раскаиваюсь и прошу об освобождении от греха. Прости мой грех!
Но мы все помним, что говорит Бог "Ветхого Завета" и чему верят ортодоксы - природа света и тьмы едина!
В упомянутой Книге пророка Исайи, главе 45, есть следующие показательные слова:
Я Господь (Яхве), и нет иного; нет Бога кроме Меня; Я препоясал тебя, хотя ты не знал Меня, дабы узнали от восхода солнца и от запада, что нет кроме Меня; Я Господь (Яхве), и нет иного.
Я образую свет и творю тьму, делаю мир и произвожу бедствия; Я, Господь (Яхве), делаю все это.
... Горе тому, кто препирается с Создателем своим, черепок из черепков земных!
Черепков подобное мировоззрение, очевидно, всегда устраивало, но думающие люди всегда просили Бога простить им грех утраты Разума и не считали что Он может одновременно дарить Жизнь и приводить к Смерти!
Показать спойлер
В Евангелии от Филлипа, 11-12, указано: 11. Имена, которые даны вещам земным, заключают великое заблуждение, ибо они отвлекают сердце от того, что прочно, к тому, что не прочно, и тот, кто слышит (слово) “Бог”, не постигает того, что прочно, но постигает то, что не прочно. Также подобным образом (в словах) “Отец”, и “Сын”, и “Дух святой”, и “жизнь”, и “свет”, и “воскресение”, и “церковь”, (и) во всех остальных – не постигают того, что (прочно), но постигают, что не прочно, (разве только) ПОЗНАЛИ то, что прочно. (Имена, которые были) услышаны, существуют в мире для обмана. Если бы они были в Эоне, их и день не называли бы в мире и не полагали бы среди вещей земных. Они имеют конец в Эоне.
12. Единственное имя не произносится в мире – имя, которое Отец дал Сыну. Оно превыше всего. Это – имя Отца. Ибо Сын не стал бы Отцом, если бы он не облачился во имя Отца. Те, кто обладает этим именем, постигают его, но не произносят его. Те же, кто не обладает им, не постигают его. Но истина породила имена в мире из-за того, что нельзя познать ее без имен. Истина едина, она является множеством, и (так) ради нас, чтобы научить нас этому единству посредством любви через множество.
Показать спойлер
Ведь они не черепки и Создатель их Разум, а не горшечник!
Это очень важно понимать - Истина Едина, но является для нас Множеством!
TenOtcaGamleta
Следует иметь в виду, что перед нами не догматический трактат, а исповедальная (покаянная) молитва, и поэтому мы не найдем здесь полного изложения манихейской религиозной системы.
Для любителей поскрипеть мозгами, отмечу одно поразительное сходство изложенных в тексте взглядов с гностическим мировоззрением из Апокрифа Иоанна - открытие для меня, на который я часто ссылался!
В комментарии на источник, уже известный нам Алекса́ндр Лео́нович Хосро́ев - российский коптолог, специалист по религиозной культуре Египта II—IV вв.: гностицизма, раннего монашества и манихейства; доктор исторических наук, главный научный сотрудник Института восточных рукописей РАН РАН, пишет:
Показать спойлер
В манихейской мифологии такие природные явления, как эфир, ветер, свет, вода и огонь, происходившие от бога Хормузты, были объединены единым термином «Пять божеств» и воспринимались как его «сыновья». Суть этой мифологемы, которая засвидетельствована и другими, более древними, манихейскими текстами, состоит в следующем:
Первый Человек ( Хормузта ), который является эманацией Матери Жизни, чтобы спасти проглоченные Тьмой частицы Света, вооружается пятью своими сыновьями, или пятью светлыми элементами, а именно Эфиром, Светом, Ветром, Водой и Огнем, и устремляется в мир Тьмы.
Xormuzta tngri «Бог Хормузта», или Первый Человек. «Мать жизни произвела (вызвала) Первого Человека». Первый Человек, «который усмирил все первое вражеское войско, бывшее в мирах Тьмы», занимает в царстве Света третий трон (после самого Отца Величия и Матери Жизни).
Следует иметь в виду, что Первый Человек не имеет никакого отношения к библейскому Адаму и речь идет о божественной сущности, которая напоминает (по крайней мере, терминологически) Первого Человека гностической системы офитов. Для Августина первый человек — это только Адам, манихеи же, по его словам, выдумывают какого-то своего первого человека, который создан не из земли, не является «душой живой», но создан «из субстанции Бога»!
Итак: «Первый человек вызвал пятерых своих сыновей, как тот, кто надевает на себя вооружение для войны». ... эти элементы также названы «пятью одеждами» ; в PsSar (Allberry, 161. 25) речь идет о «[пяти] умных (сущностях), которые являются сыновьями Первого Человека» (ср. у Захарии: «Пять богов <…> пять умных сияний», у Ефрема Сирина: «пять Светлых»)...
Эти пять духовных элементов, или помощников, Первого Человека: «Дева Света, она же Живой Огонь; ее брат, Живой Ветер, второй помощник; третий элемент — Живая Вода; (…) […]; пятый элемент — Живой Воздух»; совершенно очевидно, что в разрушенной строке речь шла о четвертом элементе, а именно о Свете.
В нашем тексте (см. ниже: стк. 11–13) духовные элементы Хормузты (= Первого Человека) названы так: «Первый — это божество Эфир; второй — божество Ветер; третий — божество Свет; четвертый — божество Вода; пятый — божество Огонь». Этот же перечень находим и у ересиологов (Епифания в частн.).
Эти Пять светлых элементов, или Пять сыновей являются Живой Душой.
Так, в Keph 5 «первым охотником» (за Тьмой), вышедшим из Света, назван Первый Человек, а царь Тьмы назван «первым охотником», который подстерег «Живую душу», т.е. Первого Человека и пять его сыновей, расставив ей сети.
Александр, избегая употребления термина «Первый человек», говорит о нем как о «некой силе, которую мы (т.е. греческие философы — А. Х.) называем душой»; также и Тит говорит о Первом человеке как о «силе, которую он (Мани. — А. Х.) называет душой всех» (т.е. «душой мира». У Симплиция, который, как и Александр, избегал употребления имен мифологических персонажей, речь идет о «частях и членах (Бога), являющимися душами», которые он «бросил Злу». Понятие «Живая Душа» восходит в манихействе (через Быт 2. 7) к 1Кор 15.
Живая душа, в свою очередь, является прообразом нашей души, которой в будущем, через познание своей подлинной природы, предстоит быть спасенной от оков Материи.
«Ибо и сам (Мани) говорит, а вслед за ним и манихеи, что душа является частицей Бога и что она, будучи от него отторгнутой и (взятой) в плен архонтами противоположного начала и корня, была брошена в тела, потому что она является пищей архонтов, которые ее схватили и <ели ее как> источник силы для себя и разделили ее по телам.
Показать спойлер
А теперь, соблаговолите сравнить прочитанное со следующим отрывком из основополагающего для сифиан (и меня в частн.) Апокрифа Иоанна, где говорится о самом начале Самопознания Незримого Духа (Единое, Благо греков), которое явило свой Образ, Провидение Всего - свою Первомысль, Барбелло и с ее помощью породившим Первого Человека, Метропатора - Мать-и-Отец, пятерицу эонов андрогинных, но их Имена иные: Мысль, Предвидение, Нерушимость, Вечная Жизнь и Истина:
Показать спойлер
И [Его Эннойа выполнила] действие, и она обнаружилась, [она предстала, она появилась] перед ним [в сиянии] Его света. Это [первая сила], бывшая до [всех (эонов) и открывшаяся в] его мысли, это [Пронойа Всего], ее свет, [который светит, образ] света, [совершенная] сила, то есть образ Незримого Девственного Духа совершенного. [Она - си]ла, слава, Барбело, совершенная слава в эонах, слава откровения, слава Девственного Духа. И она восхвалила Его за то, что открылась. Это первая Мысль, его Образ.
Она стала материнским чревом всего, ибо она прежде, чем все они... и вечный эон среди незримых, первый явившийся. (Она) попросила у Незримого Девственного Духа, то есть Барбело, дать ей Предвидение. И Дух согласился. И когда [он согласился], Предвидение обнаружилось, и оно предстало близ Пронойи; оно - из мысли Незримого Девственного Духа. Оно восхвалило его и его совершенную силу, Барбело, так как оно стало существовать из-за нее. И снова она попросила дать ей [Нерушимость], и он согласился. Когда [Он согласился], Нерушимость [обнаружилась, она предстала] близ Мысли и Предвидения. Они восхвалили Незримого и Барбело, из-за которой они стали существовать. И Барбело попросила дать ей Вечную Жизнь. И Незримый Дух согласился. И когда он согласился, Вечная Жизнь обнаружилась, и [они предстали], и они восхвалили Незримый Дух и Барбело, из-за которой они стали существовать. И снова, она попросила дать ей Истину. И Незримый Дух согласился. Истина обнаружилась, и они предстали, и они восхвалили Незримый Дух...
Это пятерица эонов Отца, который есть Первый Человек, образ незримого Духа; это Пронойа, то есть Барбело: Мысль, и Предвидение, и Нерушимость, и Вечная Жизнь, и Истина. Это пятерица эонов андрогинных, то есть десятерица эонов, то есть Отец.
Показать спойлер
Мы видим, как манихейская традиция выписывает творение Высшего (Отец Величия, Мать Жизни и Первый Человек), почти согласно гностической сифианской системе - параллели с Незримым Духом, Первой Мыслью и Первым Человеком в АИ просто поразительные!
Что и отмечает Хосроев, упоминая офитов.
Для нас важно то, что Первый Человек вовсе не Адам, а суть и тело Бога - Образ непроявленного Единого!
Он есть Мать-и-Отец Полноты Бытия и Они есть Множество в Единстве!
http://apokrif.fullweb.ru/nag_hammadi/ap-john.shtml
"Я и Отец - Одно!", говорит Христос и рождение людей Свыше, от Духа есть пробуждение Отца!
Первого Человека! Но ортодоксы лишь черепки у своего горшечника.
Оглянитесь вокруг - прах к праху, тлен к тлену!
Pravsib
Здравствуйте, друзья!
В хочу предложить вам интересную статью Буданова М. А "К вопросу о влиянии еретических воззрений на христианство Древней Руси ":
http://apokrif.fullweb.ru/study/budanov.shtml
При относительной веротерпимости Русь (особенно на первом этапе христианизации - в X-XI вв.) становилась объектом активной миссионерской деятельности самых разных христианских и нехристианских центров. Поэтому конечное утверждение Православия в русской земле было результатом долгого и острого соперничества, продолжавшегося не одно столетие. Такое соперничество могло быть как идеологической формой политической борьбы, так и отражением процесса осмысления христианства в обществе, обусловленного уровнем социально-экономического развития... Главным препятствием служила социальная (классовая) сторона распространения нового вероучения, когда его носителями на протяжении значительного периода были преимущественно знать и купеческая прослойка. Большинство же населения при видимом исповедании Православия довольно долго оставалось языческим или двоеверным... в первое время христианство распространялось преимущественно в крупных хозяйственных и административных центрах с высоким уровнем развития ремесла и торговли. Но даже там главным гарантом крепости христианства была княжеская власть... Несмотря на каноническую независимость Церкви от государства, власть императора зачастую имела на неe определяющее влияние, причeм не только организационного, но даже догматического характера... Разумеется, влияние светской и духовной властей было всегда взаимным, но приоритет первой в Византии бесспорен... Прямым следствием обеих форм взаимозависимости было то, что и на западе, и на востоке Церковь оказывалась вовлеченной во внешнюю политику государства. Так или иначе, и папство, и западные императоры, и Византия активно использовали проповедь христианства среди язычников в качестве важнейшего инструмента своей дипломатии... Константин Багрянородный стремится доказать рабское положение славянских государств по отношению к империи. В число прочих причин установления такого порядка отношений он включает и принятие крещения от ромеев. Подобная стратегия была сопряжена с попытками установления политического контроля над новообращенными народами через иерархическую зависимость от Константинопольской патриархии национальных церквей.
Это же мы наблюдаем у РПЦ МП в политике по отношению к церквям сопредельных государств.
Статья ученого очень мягкая к государственной церкви, он называет ее врагов еретиками и лжеучениями - тем ценнее его свидетельства! Прошу вас внимательно отнестись именно к их особенностям, социальной базе и методам распространения, поскольку даже автор вынужден признать очевидное:
"они... придерживались многих раннехристианских принципов, в том числе и принципа выборности церковной иерархии (пресвитеров и епископов)... в древнерусском обществе присутствовали благоприятные условия для заимствования арианства" и проч., даже был принят арианский Символ веры! "Глаголица - (арианское) готское письмо, с самого начала своего существования использовалась "еретиками" (нашими предками!). В противном случае не имело бы смысла создание новой славянской азбуки св. Кириллом при наличии уже распространенной глаголической письменности. Новосоставленная кириллица была призвана вытеснить глаголицу и тем самым подорвать в славянской среде воздействие еретических воззрений." Битва велась на всех уровнях, даже новый язык для христианизируемого населения придумали. Теперь это "духовные скрепы" называется!
Еще Карфагенский собор 404 гг. постановлял:
"Наставление братьям посланникам от Карфагенского Собора к славнейшим и благочестивейшим самодержцам. Царскому человеколюбию предлежит позаботиться, чтобы Кафолическая Церковь, благочестною утробою Христу их родившая и крепостью веры воспитавшая, была ограждена их промышлением. Посему против неистовства отщепенцев просим дать нам Божественную помощь, не необычайную и не чуждую Святым Писаниям. Ибо Апостол Павел, как показано в истинных Деяниях Апостольских, соумышление людей бесчинных препобедил воинскою помощью. Итак, мы просим о том, да неукоснительно подастся охранение чинам церквей в каждом граде и разных местах. Да соблюдают закон, изданный блаженной памяти Феодосием о взыскивании по десяти фунтов злата с еретиков, рукополагающих и рукополагаемых, также и с владельцев, у которых будет усмотрено собрание их. Еще и о том подобает просить, да будет возобновлен доныне существующий закон, который отнимает у еретиков право взимать что-либо или при рукоположениях, или по завещаниям, или оставлять. Сверх же всего сего потребна помощь от властей каждой области", Карф. 103.
Напомню, что все это задолго до "Симфонии властей" в новеллах имп. Юстиниана!
TenOtcaGamleta
Здравствуйте, уважаемые читатели!
Сергей Васильев завершил реконструкцию шести Посланий апостола Павла из десяти, которые входили в Апостол Маркиона - первого собирателя Нового Завета. Остальные четыре нет смысла восстанавливать, так как критического материала по ним недостаточно.
Последнее послание – к Колоссянам, видимо, потому что оно самое короткое, по итогам реконструкции, если убрать из него все точно не принадлежавшие Павлу и сомнительные пассажи, представляет собой на удивление связный, понятный и лаконичный текст. Складывается впечатление, что именно так – без напыщенной высокопарности и многочисленных придаточных предложений, в результате чего от читателя полностью ускользает смысл и должен был писать апостол:
https://skifos.wordpress.com/2020/09/08/colossians/
"Полужирным выделены фрагменты, которые присутствуют в трудах ересиологов как цитаты из маркионовой версии Послания. Основным шрифтом даны фрагменты, которые с большой долей вероятности присутствовали в тексте Апостола.
Курсивом – дискуссионные фрагменты. Перечеркнуты фрагменты, которых не было в «Апостоле» Маркиона."
[Христос] есть образ Бога невидимого. Он есть прежде всех. Он счел за благо, чтобы в Нем Самом обитала всякая полнота... Тело Его, которое есть Церковь!
Итак, если вы воскресли со Христом, то ищите горнего... о горнем помышляйте, а не о земном. Ибо вы умерли, и жизнь ваша сокрыта со Христом в Боге. Когда же явится Христос, жизнь ваша, тогда и вы явитесь с Ним во славе. Итак, умертвите земные члены ваши: блуд, нечистоту, страсть, злую похоть и любостяжание, которое есть идолослужение, совлекшись ветхого человека с делами его и облекшись в Нового.
На таких примерах видно, как происходило формирование Канона.
Христос, Аутоген, Аутоматон, Люцифер есть Ум, есть Свет, есть вода Живая, текущая в Вечность.
Есть Жизнь наша и ЕДИНСТВЕННЫЙ Путь к Отцу!
Домой!

Жизнь обязательно победит!
Pravsib
Друзья, хочу представить вам небольшую статью "Августин, манихейство и логика преследования":
В последние годы термин «манихейский» получил распространение в общественном дискурсе, как характеристика политической риторики насильственной конфронтации между добром и злом. Это использование раскрывает и то, что манихейство до сих пор остается постоянным еретическим спутником Запада, и то, насколько слабо эта традиция понята даже сегодня. Действительно, манихейство понимает мир дуалистически и утверждает реальное существование в нем абсолютного зла. Но манихеи были не воинственными крестоносцами, а одной из наиболее преследуемых религиозных общин в истории. Для этого факта нет готовой всеохватной причины или мотива, а только ряд региональных религиозных конфликтов, в которые манихейство всегда кажется вовлеченным как ересь против более сильной и опирающейся на политическую поддержку ортодоксии, будь то христианской, зороастрийской, исламской или даосской. На самом деле, это паттерн, в котором манихейство становится первым объектом подавления для развивающегося государственного тоталитаризма в религиозных вопросах: в Персии в конце третьего столетия, в Риме почти в это же время, а затем в конце четвертого века, в государстве Аббасидов в конце восьмого столетия, в Китае в середине девятого. В каждом из этих случаев манихейство было использовано, чтобы определить неприемлемое для общества и опробовать методы выявления и уничтожения перед тем, как обратить государственный аппарат против других групп. Этот подход только подтверждал манихейскую концепцию мира, пронизанного злыми силами и устремлениями, всегда готового применить насилие к праведникам.
Репрессивные правительства, уверенные в своем успехе, не заботились об оправдании предпринимаемых мер. Мы должны воспользоваться одним из многих случаев, когда у нас есть значительный объем рациональных объяснений со стороны гонителей, а именно сочинениями Августина Иппонского, для попытки вникнуть в логику преследования и сравнить ее с логикой самих манихеев, чтобы лучше понять, почему одна религиозная община считала оправданными и даже обязательными преследования во имя истины, тогда как для другой отказ от преследований логически вытекал из самого «манихейского» различения между добром и злом в мире.
Августин трудился в один из наиболее критических моментов христианской истории и вынужден был пытаться преодолеть разрыв между преследуемой Церковью прошлого (с которой отождествляли себя, например, местные донатисты) и Церковью преследующей, которая только начала появляться при его жизни (в основном в виде имперского законодательства, стремившегося подавить язычество и соперничающие формы христианства).
Интересно, что сам Августин около 10 лет был манихеем, но впоследствии, уже будучи епископом ортодоксии - преследовал их и выработал учение об оправдании насилия и убийства не только единичных иномыслящих, но и всех "еретиков". Так он мыслил слова Христа "Не противьтесь злому!"
Я уже писал, что нет большего зла на земле, чем единомыслие и монотеизм - это орудие сатаны.
http://xpectoc.com/issledovaniya/apokrificheskie-pisaniya/avgustin-i-manihejstvo/
Pravsib
Здравствуйте, уважаемые читатели!
Сегодня хочу представить вашему вниманию работу, насколько спорную - настолько же гениальную!
http://khazarzar.skeptik.net/bn/index.htm
Руслан Хазарзар "Сын Человеческий"!
Я глубоко уважаю этого исследователя - он совсем не гностик и многие его выводы, на мой взгляд, не верны. Но, живой и пытливый ум, многогранное знание темы, литературные дарования и упорство - чего стоит только его библиотека: https://vk.com/wall-68060048_339 , - просто таки требуют ознакомления с его работой!
Lectori benevolo salutem! Данная работа не есть согласованный пересказ четырех канонических Евангелий. Таких пересказов в последнее время появилось множество, и вряд ли хотя бы один из них может даже отдаленно сравниться с оригинальным текстом библейских жизнеописаний Иисуса. Кроме того, авторы таких пересказов совершенно не утруждают себя разрешением противоречий между Евангелиями, утверждая — по дилетантизму ли своему, по фанатичной ли беспомощности, по закоренелой ли привычке своей выдавать желаемое за действительное, — что в Библии противоречий нет. И, например, рассказывают нам, что перед арестом вместе со своими учениками Иисус «вкушал пасху» (об этом повествуют Евангелия от Матфея, от Марка и от Луки), потом ночью Его арестовали и следующим днем распяли перед наступлением праздника Пасхи (об этом повествует Евангелие от Иоанна.13:1; 18:28; 19:31). То есть Иисус одновременно и ел пасхального агнца (Евангелие от Марка.14:12-18), и был распят в то же самое время, когда заколали этого пасхального агнца, символически став таким Агнцем (Евангелие от Иоанна.1:29,36). Однако любой здравомыслящий человек понимает, что Иисус не мог пострадать и 14 нисана, и 15 нисана, причем оба раза в пятницу (Евангелия от Матфея.27:62; от Марка.15:42; от Луки.23:54; от Иоанна.19:14,31).
Данная работа не есть также пересказ четырех канонических Евангелий по отдельности, хотя такая работа, возможно, имела бы ценность для библейской науки. Впрочем, таких работ было сделано не мало, и я по мере возможности использовал их изыскания для определения сущности Иисуса Евангелия от Матфея, Иисуса Евангелия от Марка, Иисуса Евангелия от Луки и Иисуса Евангелия от Иоанна. И, наконец, данная работа, надеюсь, не есть повторение уже созданных и признанных жизнеописаний Иисуса, хотя, конечно, я шел по пути, проторенному авторами этих жизнеописаний.
Данная работа — это мое собственное понимание личности Основателя христианства.
Друзья, не сомневаюсь, вы получите неизгладимое удовольствие от ее прочтения!
А уж работа над ошибками - это дело каждого!
В первую очередь, ошибками своими - мы все возвращаемся к Отцу своим Путем!
Руслан уже не с нами и для него актуальны строки Владимира Высоцкого:
"Мне есть что спеть - представ перед Всевышним! Мне есть чем оправдаться перед Ним!"
Дорогу осилит идущий!
Жизнь обязательно победит!